Передо мной дневниковые записи, 1951 — 1959 годы. Через год Альбер Камю, автор этих самых записей, французский писатель и "совесть Запада" погибнет. Это будет внезапная и шокирующая смерть: автомобильная катастрофа. Но если говорить о жизнеощущении Камю за несколько лет до этого...
Угасание. По привычке мы устремляем взгляд вперёд, в перспективу, всегда обещанную нам законом жизни — в нём "завтра" присутствует неизменно. Тот, кто наблюдает историю нашей жизни потом, когда всё закончилось, может проследить линию судьбы и отчётливо увидеть спад, который предвещал кончину.
Три тетради Камю: о работе, об обещаниях и смыслах, о встречах, о войне, о себе. Я хочу прочитать много, утонуть в его воспоминаниях, но не могу. Читаю медленно, останавливаюсь через каждый две страницы, чтобы подавить комок в груди и горле. Я понимаю его состояние: я нахожусь в таком же состоянии творческого и жизненного упадка. Невозможно настроиться на работу. Внутри пустота и бесконечная усталость.
Мои чувства к Камю те же, что и к доктору Риэ из романа "Чума". Камю был человеком, который полон одиночества, искреннего желания делать добро и трудиться во благо — но от этой искренности, от этого желания почему-то всегда больно.
Уже не первые чьи-то дневниковые записи для меня. И вот, чему меня учит "прочтение" чьих-то не выдуманных дней: жить нужно так, чтобы дневник читался как нечто невероятное и трогающее душу. Такие люди дают мне надежду на то, что жизнь может быть полной, они вдохновляют — даже будучи прахом. Они бессмертны.
И настоящее бессмертие здесь, в этих записях, которые спустя десятилетия после кончины автора читает девочка, говорящая на другом языке; не в детях и потомках, потому что дети и потомки самодостаточны и уникальны и приходят в мир прожить свои жизни, а не подарить вечную жизнь своим предкам. Вот она, память и вечность — его творчество, книги и пьесы, которые всегда будут носить его и только его имя, то, чем он жил и во что верил, сила мысли, с которой можно соприкоснуться и разделить. Как бы мне хотелось сказать ему, что он не одинок на своём пути и то, что он чувствует — верно.