Термин «звериное чутье» известен многим. Оно проявляется у животных по-разному: крысы начинают бежать с корабля задолго до его крушения, кошки начинают убегать из дома задолго до прихода цунами или начала землетрясения…
А у собак – наблюдала это неоднократно – есть свое чутье на скверных людей: очень спокойные и уравновешенные собаки, которые в повседневной жизни на незнакомца даже не посмотрят (эдакая гордость, что ли – даже у дворняг), вдруг выбирают себе центром ненависти кого-то, кто им точно ничего плохого не делал. Что важно: этот «кто-то» в жизни действительности был скверным человеком – подлым, двуличным…Какашкой, в общем…
История с собакой брата подруги Оли.
Он военным был – служил в военном ВУЗе, и была у него любимица – сука, добермашка Гера. Добрейшей души животное, если ей не сказать «обижают» (ну, аналог «фас» или «чужой»).
Брат ее жил в общаге (тогда еще холостяк), и общаговские дети делали с Герой все, что хотели, и она никогда даже не рыкнула на них. Взрослые ее тоже не боялись – она выросла среди них, и всех своих прекрасно знала.
На каникулах Оля рванула к брату – поругалась с родителями, и поехала к брату: он ее герой и защитник, и всегда рад встречам.
В ее обязанности автоматически вошли все женские заботы (готовка, уборка, домашний уют – нужно ведь пристанище в тихой гавани отрабатывать) и выгул Геры. Ну, выгул – святое: они обе любили подолгу шататься на свежем воздухе.
И заметила она странность: ни на кого собака не реагировала (кошки и лошади – не в счет), но только услышит голос одного подполковника (весьма приятного и приветливого дядьки – с ее точки зрения) – сразу с ума сходила (практически срывалась с поводка), бросалась на него, если могла бы – порвала бы мужика в два счета.
Рассказала брату – он смеется. Да, мужик ни разу не сделал Гере ничего плохого, ни бросал в нее ничего, даже не говорил плохих слов в ее адрес.
Но в реальной жизни этот подполковник-политработник был той самой какашкой, а ее брат его недолюбливал за это. И собака это каким-то там чутьем понимала (не верите – бросьте в меня пирожок с повидлом, желательно – сливовым).
Как-то брат Оли был на дежурстве, и по привычке, взял ночью Геру на выгул (псина за ночь так выматывалась, что потом целый день спала, и ей давала вздремнуть). Правда, брата часто ругали за то, что брал псину на службу, но он делал это в то время, когда начальства нет – утром на зарядку, вечером – на вечернюю прогулку или после отбоя.
Картина следующая: дежурит брат, ходит и проверяет какие-то там посты, псина рядом бегает. В какой-то момент собака куда-то побежала, а брат пошел в помещение с проверкой: ну, собака обычно его на улице ждала.
Проходит минут сорок, брат вышел – зверя нет, но тревоги это не вызвало: нормальная ситуация – или кота гоняет, или чем-то заинтересовалась.
Правда, на условный свист она не прибежала (вместо словесных команд брат практиковал свист определенной тональности на «стоять», «вперед», «ко мне» и прочая….).
Минут через 5-7 собаки все еще нет: естественно, брат волнуется, возвращается в ту точку, где видел собаку последний раз, и уже зовет по имени… В ответ – тишина, брат начинает искать любимицу, продирается через кусты, и выходит в скверик, где стоит памятник Ильичу (они стояли при Союзе везде)…
И, вот, самое интересное: Ильич-то – не один, с ним в обнимку – тот самый подполковник-политработник (какашка, которая на нравилась Гере)…
Ну, несколько комично: такое проявление любви и нежности к отцу всех пролетариев, да в ночное время (около часа ночи) – не совсем нормально….Правда, есть оговорка: внизу, у пьедестала, сидела и беззаботно зевала Гера…
Никому эту ситуацию, конечно, не рассказывали много лет.
Две причины.
Первая – брату Оли влетело бы за глумление над политработником (они были полубожествами при Союзе), да еще с использованием собаки – могли пришить чуть ли не заговор против КПСС (представьте себе – тогда это могло быть).
Вторая – ну, как бы подполковник не хотел нагадить, а собственные какахи полетели бы и на него: как можно было так глумиться над святая святых – над памятником самому Ленину!?!?!?!? – ведь можно было бы залезть на дерево….. Ну, его бы из партии точно выгнали, соответственно, попросили бы за такое надругательство уйти или на пенсию, или в другую часть (скорее всего, в какую-нибудь Тьмутаракань – да кто же захочет дослуживать до пенсии в забыто-забитом гарнизоне????)…
Знала историю только Оля. Ее брат тогда среди ночи привел Геру домой, запретил ей ее выгуливать – делал это только сам, и на поводке. И еще долго не мог объяснить – зачем ему понадобилась общаговская лестница среди ночи: только спустя неделю все рассказал, взяв с нее слово, что даже родителям не расскажет…
Вот такая она – собачья чуйка…