Он привел меня к мосту, неся в руках несколько ныряльщиков или водоплавающих птиц, привязанных к жердям, а на шею каждой из них он привязал нитку, чтобы они не ели рыбу так же быстро, как берут ее. Он отвязал ныряльщиков от шеста и менее чем за час наловил столько рыбы, что хватило на три корзины; когда они наполнились, мой хозяин отвязал нитки от их шей, и, войдя во второй раз в реку, они наелись рыбы, а насытившись, вернулись и позволили привязать себя к жердочкам, как и прежде".
Так писал францисканский монах Фрир Одерик, странствуя босиком по Азии в 1321 году. Похоже, мало что изменилось. Арашияма находится всего в двадцати минутах езды от Киото, но я попал в зачарованный мир, давно ушедший в прошлое. Ночь была теплой, наполненной стрекотанием сверчков и лягушек. Разноцветные фонари освещали узкие улочки, а среди деревьев, спускающихся к воде, висели фонари. На фоне темноты окружающих холмов мерцали огни ресторанов, спрятавшихся на другом берегу залива.
Огни, мерцающие на берегу залива © А. Харрисон
В полутьме я пересек Тогерсу-кё, или Лунный мост, когда взошла толстая оранжевая луна. Все еще пребывая в состоянии неверия, я подошел ближе, ожидая увидеть несколько омиябито (или придворных вельмож), сидящих на берегу, как они делали каждое лето в эпоху Хэйан (794-1185 гг. н.э.). Их прибытие посмотреть на ловлю бакланов ознаменовало начало лета. По заливу плыли маленькие огненные шары: рыбалка началась.
Марко Поло писал об укае (или ловле бакланов), когда был в Китае, но впервые он упоминается в хронике, относящейся к династии Суй (581-618 гг. н.э.):
В Японии на шею бакланов подвешивают маленькие кольца, и они ныряют в воду, чтобы поймать рыбу. За один день они могут поймать более сотни рыб.
Едва различимые в темноте, маленькие деревянные лодки (или убунэ) плавали недалеко от береговой линии, как они делали это на протяжении последних тринадцати сотен лет. Рыбаки укаи до сих пор носят официальный титул "Императорский мастер ловли бакланов, Совет церемоний и ритуалов, Агентство императорского дома". Он был присвоен им Ода Нобунага, одним из самых могущественных феодальных военачальников XVI века.
Убунэ с зажженными мангалами © А. Харрисон
В большинстве убунэ работают три рыбака: ушо (или предводитель), который управляет бакланами, ныряющими за рыбой; наканори (или средний наездник), который собирает рыбу у птиц, и томонори (или сопровождающий наездник), который направляет лодку. Все они по-прежнему носят традиционную одежду, включая темное кимоно, соломенную юбку, чтобы отталкивать воду, и темную льняную ткань, обернутую вокруг головы для защиты от искр.
Плоскодонная убунэ легко скользила по мелководному заливу. Спереди над ним висел металлический мангал, и даже с берега я слышал шипение и треск горящих дров. Пламя освещало воду, привлекая рыбу.
Лесные склоны города, довольно абстрактная фотография огней! © А. Харрисон
Каждый баклан носит на шее небольшое металлическое кольцо, чтобы не дать ему проглотить более крупную рыбу. К этому кольцу прикреплен поводок, и как только рыба поймана, птицу направляют обратно в лодку и вынимают рыбу из клюва (когда на лодку приходится около дюжины бакланов, от ушо требуется недюжинное мастерство, чтобы эти поводки не превратились в мокрый, запутанный клубок). Когда работа закончена, бакланы отдыхают на бортах лодки, их крылья силуэтно выделяются на фоне света мангала, когда они расправляют их для просушки.
С наступлением темноты и восходом луны лодки проводят вечер, проплывая взад и вперед по заливу. Теперь, когда рыбаки в основном хотят заработать на туристах, а не прокормить семью, в центре залива пришвартовалось около полудюжины туристических барж. Рыбаки театрально проводили мимо них убуну, а по воде разносились звуки аплодисментов и одобрительных возгласов. Однако это зрелище можно наблюдать и у самой кромки воды. Стоять на пирсе - все равно что смотреть представление из-за кулис большой сцены. Когда они вернулись, ушо с удовольствием позировали для фотографий в перерывах между заботой о своих бакланах в конце вечера.
Мацуо Басё (1644-1694 гг. н.э.) остается самым известным поэтом эпохи Эдо, и сегодня его хайку почитают в Японии. Увидев баклана на рыбалке, он написал:
Волнительно смотреть
Но вскоре приходит печаль
Лодки баклана.