оглавление канала
Он моргнул несколько раз, обескураженный таким резким переходом с интересующей его темы, и недоуменно произнес.
- Да, всякое баяли. Только, говорят, она из дома живой то уж не вышла. И мертвой, как будто, ее никто не видал. Вот и решили, что она удавилась, а Игнатов ее по-тихому и похоронил. Раз самоубийца, то и не отпевали ее вовсе. А, чего ты по Аграфену то? Иль покойница беспокоит тебя тут? – Опять он уставился на меня своим коронным взглядом.
- Да, нет. Это я так. История места интересует. Я ведь здесь живу, все-таки. – И чтобы отвлечь его от ненужных мыслей, я бодро предложила. – Ну, что, еще по одной?
Михалыч с готовностью закивал головой. Мы выпили, закусили, и стали говорить о насущных проблемах. О кормушках для косуль, о солончаках для лосей. О том, что скоро ляжет первый снег, и можно будет посчитать миграцию кабанов. Еще посидев немного и не дождавшись от меня внятных ответов на интересующую его тему, старый егерь засобирался домой. Вскочив в седло, он на прощание мне бросил загадочную фразу.
- Ну, ты тут гляди … Если что, обращайся. Ты ж знаешь, я завсегда готовый. – И не успела я открыть рот, чтобы уточнить, что он имеет ввиду, говоря «если что», как он уже на своем Зайчике ускакал.
Неопределенно хмыкнув, я пошла в дом. День уже клонился к вечеру. Солнце падало за лес, отражая последние лучи алыми всполохами на темно-синих тучах. Я пошла топить баню. Из зарослей кустов показалась мордочка Айры. Судя по ее довольному виду, ей удалось на славу поохотиться. Дальнейшее исследование погреба и хода за ним, я решила отложить на завтра. Но, последующие события показали, что человек предполагает, а Господь располагает.
Утро началось как обычно. Ничто, как говорится, не предвещало. Утренние хлопоты по дому и уход за Матильдой не смогли меня отвлечь от мыслей о вчерашних событиях. Я решила, что исследованием подземного хода я займусь после обеда. Оседлав лошадь, я поехала в деревню. Нужно было пополнить кое-какие запасы продуктов и заодно приобрести хороший фонарь на батарейках. С керосиновой лампой ходить по подземельям было как-то не с руки. Как никак, на дворе был конец двадцатого века. И потом, не мешало бы заехать в контору и узнать, не будет ли каких новых планов у руководства на следующую неделю.
У крыльца конторы я с удивлением увидела милицейский УАЗик из района, и слегка притормозила. Встречаться с Володей мне нисколько не хотелось.
Рядом с машиной толпился деревенский народ, состоящий из особо любопытных товарищей. Я, было, совсем, собралась развернуть Матильду, чтобы сначала посетить магазин, как на крыльцо вышел вчерашний следователь, Пиреев Иван Петрович, если мне не изменяла память, а рядом с ним наш доблестный участковый Палыч. Его усы яростно топорщились. Народ притих при их появлении, и постарался незаметно рассредоточиться. Одна из бабулек, набравшись храбрости, выкрикнула, прячась за спины односельчан:
- Палыч, поведай народу, что тут у нас за убивец появился, что Федьку Колмакова уходил до смерти! Обчество волнуется и желает знать!
«Обчество» в ожидании замерло, пораженное храбростью бабульки. Усы у Палыча вздыбились, как у рассерженного кота. Он грозно оглядел собравшихся. Бабулька спешно ретировалась за не очень плотные ряды собравшихся.
- Вы чего тут собрались?! – Брови участкового сошлись на переносице. – Дел что ли никаких более нету? Не видите, что ли, начальство с района приехало. Следствие ведется. Люди работают. А вы тут мешаетесь под ногами! А ну, живо марш по домам!
Народ стал неохотно разбредаться. Тут Палыч заметил меня и замахал руками.
- Викторовна!!! Хорошо, что приехала. А то мы уж было к тебе на кордон собрались.
Мысленно чертыхнувшись, я подъехала ближе и с улыбкой поздоровалась. Не слезая с седла, спросила:
- А чего вы на кордоне забыли? Иль пироги мои понравились?
Иван Петрович ласково улыбнулся, а меня слегка перекосило от его «ласковости».
- Да, Ольга Викторовна, пироги у вас знатные. Но, ехать мы собрались совсем не из-за пирогов. Хотелось бы с вами побеседовать еще. – Он глянул на участкового и добавил, - Желательно, с глазу на глаз.
Я неохотно слезла с лошади, привязала ее за коновязь у крыльца и взошла по ступеням.
- Ну, что ж, если надо, пойдемте в контору, что ли. Других приватных кабинетов я в округе не знаю.
Участковый недовольно буркнул.
- А чего, можно и ко мне в кабинет пойти.
Следователь меня поддержал.
- Думаю, не стоит. Нам и здесь никто не помешает. Пойдемте, Ольга Викторовна.