В самом начале фильма мы видим Розетту, убегающую по комнатам и коридорам. Ее догоняют и хватают, она отчаянно, из всех своих сил, сопротивляется. Мы понимаем, что на самом деле она, убегая, пытается остаться. Остаться на работе, с которой ее уволили. Остаться хотя бы на месте, а не опускаться все ниже и ниже. Ведь стоит только перестать сопротивляться и тебя сразу же затягивает, как затягивает тот ил в речке, в которую она упала в середине фильма. Как затянул алкоголь ее мать, которая уже не сопротивляется. Весь фильм Розетта куда то бежит, мы видим ее все время спешащей. Но куда ей спешить? Работы у нее нет, дома нет, любимого человека нет. И что ее ждет? Пьющая мать, одиночество, боль, пустота. Но она бежит… бежит по кругу.
Мы видим одно и тоже: она ищет работу, она покупает в ларьке вафли, она перебегает дорогу, она одевает сапоги, она бежит через лес, она ловит рыбу, она ругается с хозяином кемпинга, она борется за мать, она терпит боль. И опять все с начала. День за днем. Она бьется из последних сил, не понимая, что вырваться не может, как не понимает это, но все равно бьется, та рыба, которую Розетта поймала в стеклянную ловушку. Ловушку не видно, но она держит, не отпускает. Эта желанная нами «работа» на самом деле не приманка, эта желанная «работа» на самом деле и есть «стеклянная» ловушка, которая блестит и манит, но не позволяет двинуться в сторону, не позволяет вернуться назад, она разрешает только трепыхаться и биться о края. Биться из последних сил, биться без остановки. Этот бесконечный бег «за работой» забирает у нас всё без остатка. Бег забирает у нас нас. В этом беге ближний нам только мешает. Ближний забирает у нас работу, он забирает время, он забирает у нас последние силы, ведь ближнего надо спасать. Он даже умереть нам мешает.
Большие художники показывают нам нашу жизнь. Показывают так, как мы в своем «беге» её не замечаем, не понимаем. И совершенно не понятно как это у них получается. Обычные «декорации», обычные «костюмы», обычные «актеры». Да в обычном смысле и нет ни декораций, ни костюмов, ни актеров. А картина при этом есть.
После просмотра фильма мне вспомнились слова Симоны Вейль:
«Почему так до сих пор и не родился рабочий или крестьянский мистик, который написал бы о том, что нам делать с отвращением к труду?
…Отвращение во всех своих формах – одна из ценнейших разновидностей человеческой нищеты, данных человеку, чтобы подниматься по ним, как по лестнице. Обратить любой вид отвращения в отвращение к себе…
Белка, крутящаяся в колесе, и вращение небесной сферы. Крайняя нищета и крайнее величие.
Только человек, считающий себя белкой в колесе, если он при этом не лжет, близок к спасению».
P.S. Фильм получил в 1999 году:
Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля,
Серебрянную премию за лучшую женскую роль (Эмили Декьенн)
Приз экуменического (христианского) жюри – особое упоминание.
#кино #Розетта #братья дарденн #дарденн #канский кинофестиваль