Посмотрела фильм "У ангела ангина", показанный недавно по НТВ. Мне очень хотелось его увидеть, потому что он создан по мотивам повести Вадима Сергеевича Шефнера "Сестра печали", а это одно из моих любимых произведений, которые я читаю и перечитываю всю жизнь.
Смотреть было страшно, уже потому, что "по мотивам", но я искала шефнеровские нотки.
Там, где они есть, пробирает до слёз. Где домыслы режиссера и сценариста -
недоумение и вопросы: зачем и почему?
Ушли очень важные эпизоды, которые есть в книге. Например, как Леля "увела" Толю от гибели уже после своей смерти. Ему почудились ее шаги в подъезде, и он бросился наверх к ее двери. В этот момент на входе разорвался снаряд, и те, с кем стоял Толя за минуту до этого, погибли. Как можно было такое пропустить в фильме - не понимаю.
Или когда Толя, уже в конце войны, пришел к Люсе, как они поняли друг друга, потеряв самых близких своих людей, как это соединило их навсегда.
А по фильму и вовсе непонятно, что жена Анатолия из 60-х - это та самая Люсенда , которая в студенчестве была в него влюблена и " ничего для него не значила", потому что он встретил Лёлю.
Глупостью был эпизод с Витей, который помешал Толе эвакуировать Лёлю. Не было этого в книге, и Лёля погибла при обстреле, когда уже вовсю шла эвакуация, а блокада была прорвана. Толя был уверен, что она уже не в Ленинграде, и узнал о её гибели, получив увольнительную из части и оказавшись в городе.
Не мог он ни с кем договариваться о вывозе близких: не такой человек, что просит для себя, да, и был он простым солдатом, а не начальником.
Офицера Вити, задержавшего его на въезде, не было. Вити слишком много в фильме. В книге он только в начале, из-за него Толю едва не исключили из техникума, но благодаря этому Толя оказывается в ленобласти и знакомится с Лелей. Всё, больше нет Вити- общественника: ни офицера, ни партийного функционера, вещающего с экрана 60-х.
Из всех героев фильма убедительна только Лёля. Актриса сумела передать всю гамму чувств героини от нежности до "нахлывов". Остальные так себе, на троечку, какие-то плоские. Можно ещё поверить Синявому в юности, с его уходами в "прозрачную жизнь", но шефнеровской тонкой иронии и чистосердечности в диалогах героев нет и в помине.
Актриса, играющая Люсю, в интервью была куда интереснее и эмоциональнее, чем в фильме.
Толя в фильме абсолютно не интересен ни внешне, ни характером . Он даже заплакать не может так, чтобы было видно его горе при известии о потере возлюбленной. Да, и любовь его никак не выражается: разве что прыжками, снятыми со спины и криками "Лёля"! А лицо абсолютно невозмутимое, так что в чувства героя, большие и светлые, верится с трудом.
Только эпизод, где Толя читает Леле стихи про ангела в холодной комнате блокадного города, меня тронул: там чувствуется забота и нежность. И становится понятным название фильма: ангел-это Леля, и она берегла Толю, только почему тогда не показали момент, где ангел Лёля увела его от гибели? А вообще считаю название не очень удачным, главная героиня повести- это война, "сестра печали", ломаюшая жизни людей.
Пронзителеным мне показался эпизод, в котором Шкиля посреди улицы читает строчки о войне, и молодые ребята идут из мирной жизни прямо в окопы, потому что кроме них некому защитить их землю. В книге этого не было. Строчки были.
Не оставил меня равнодушной и эпизод с расстрелом животных из передвижного зверинца. Волк и медведь в книге были, а вот лебедя не было: ни в момент знакомства с Лёлей, ни в момент расстрела. Снова вопрос: зачем? Показать, как волк и человек смотрят глаза в глаза и как зверь понимает, что его сейчас убьют, потому что нечем кормить и он опасен для жителей города,-это было бы куда сильнее, чем придумывать про лебедя.
Фильм мог бы быть намного лучше и интереснее. Не зная книги, я бы бросила смотреть его, не дойдя до середины, еще на мирном времени. А так мне хотелось искать и находить шефнеровские ноты, но их оказалось слишком мало.
А самая пронзительная нота звучит в монологе Шкили на улице: война - это сестра печали, но вы идите, и молодые ребята идут защищать свою землю, потому что кроме них некому, но не все возвращаются.
Хочется верить, что кто-то захочет прочитать книгу после фильма, тогда фильм создавался не зря. А я буду по-прежнему перечитывать книгу.
