— Ну вот, — сказала Клава, когда все благополучно справились с картошкой. — Ситуация была очень сложная для меня! Я видела Андрюшу совсем рядом, но не могла к нему подойти, дотронуться, взять его на ручки. Я ведь чужая! Труднее всего мне было смотреть не на него, а куда-то ещё и изображать равнодушие. Я последний раз видела Андрюшу шестимесячным, а теперь ему уже было пять лет! Но я хорошо играла свою роль. У меня был большой опыт быть сдержанной — на войне научилась. И сердце билось ровно, и руки не тряслись. Итак, Алексей представил меня маме:
«Это моя жена Екатерина Андреевна Комарова».
Я говорю таким низким голосом, с достоинством:
«Очень приятно! Садитесь, пожалуйста, Софья Ивановна! Давайте посмотрим на фонтан!»
Мама села. Она меня не узнавала, да и не собиралась внимательно смотреть на меня. После войны она осунулась, похудела, на лице появились морщины. Бедная мама! Алексей взял Андрюшу за руку и повёл поближе к фонтану, чтобы нам не мешать. Некоторое время мы смотрели на фонтан. Я поглядывала на маму искоса. Она посматривала на Андрюшу, но думала о чём-то своём. И я решилась начать разговор.
«Хорошая сегодня погода», — говорю, слегка повернувшись.
«Да, — согласилась мама. — Наконец-то солнце вышло после дождя».
«Да, наконец-то», — соглашаюсь.
Молчим. Я думаю, как правильно предъявить себя, чтобы у мамы не случился инфаркт. Но тянуть не хотелось, и я сказала низким голосом, растягивая гласные:
«Софья Ивановна, а можно задать вам один вопрос? Я слышала, что ваша дочь — известная героиня. Мне Алексей говорил. А что ваша дочь сделала?»
Мама говорит немного сердито:
«А вы не знаете?»
Она такая грустная, уставшая, и даже смотреть на меня не хочет.
«Я только её имя знаю, а больше ничего. Расскажите мне, пожалуйста!» — говорю я.
Мама вздохнула.
«Ну, как вам сказать. Воевала. Пользу стране принесла. Мне тяжело об этом говорить».
«Да, — вздохнув, говорю я. — Мне жаль, что пришлось завести этот неприятный разговор. Но вы не переживайте! Всё будет хорошо!»
Мама недоверчиво посмотрела на меня.
«Теперь смысл моей жизни — Андрюша», — произнесла она, вздохнув.
Мы помолчали.
«А знаете, мне совсем не жалко вашу дочь!» — говорю я.
Мама повернулась ко мне с удивлённым лицом.
«Да, мне её не жалко! — повторяю. — Нет повода для жалости! Я знаю, что ваша девочка погибла ужасной смертью, но...»
«Екатерина Сергеевна!» — взмолилась мама.
«Екатерина Андреевна, — поправила я. — Вы должны запомнить моё отчество! Так вот, Софья Ивановна! Я понимаю ваши чувства. Но только я одного не могу понять. Почему ваша дочь здесь-то сидит?»
Я показала пальцем на лавочку.
«Кто?» — вяло спросила мама.
«Она», — ответила я.
«Где?»
«Тут. Привет, мама!» — сказала я обычным голосом и сняла очки.
Мама некоторое время молчала, всматриваясь в мой достаточно насыщенный макияж. Потом она спросила дрожащим голосом:
«Зачем вы надо мной шутите?»
«Да какие уж тут шутки», — ответила я.
Мама продолжала смотреть. Я видела, как выражение её лица менялось. Сначала это был ужас, потом растерянность, а потом медленное, робкое узнавание. Глаза её расширялись. Она вдруг поняла, почувствовала сердцем, что это я, но очень боялась ошибиться, боялась, что это сон. Мама потом мне об этом рассказала. Сначала она подумала, что это она сама умерла, попала на тот свет и увидела меня. В общем, она чуть не упала в обморок, но схватила меня в охапку руками, чтобы я не исчезла. Бедная мама! Какие эмоции ей пришлось пережить! Но, я думаю, эти эмоции были очень хорошие. Хорошо, что она не закричала. Да, в её жизни случилось настоящее чудо! Невероятное! Когда мама осознала, что произошло, она, конечно, очень обрадовалась, однако ей трудно было поверить в такое счастье. Она ещё долго боялась, что это всё прекрасный сон и я в любой момент исчезну.
А потом мы гуляли с Андрюшей, который совсем меня не знал. Мама хотела сказать ему, кто я, но я её опередила:
«Я тётя Катя», — сказала я, пожав Андрюше руку.
Мама удивилась, но промолчала. Потом, когда Андрюша бегал с Алексеем и Настей, я объяснила ей причину.
«Клавы больше нет, — сказала я. — Никто не должен знать, что я жива. Ни одна душа! Ты остаёшься матерью погибшей героини. А я совсем другая личность. Я Катя Комарова, жена доктора, который лечит Андрея. Это всё, что ты обо мне знаешь.
«Ты от кого-то скрываешься?» — спросила мама.
«Есть недоброжелатели, — ответила я. — Поэтому пусть я для Андрюши буду тётей Катей».
«Хорошо», — согласилась мама.
Начало книги "Подарок для героини"
Предыдущая глава "Мать и дочь. Встреча в парке".
Глава 216. "Тётя Катя, купи мне шарик!"