Придя в Сибирь за пушниной, русские землепроходцы поняли - пушного зверя в этих местах полно, а потому сразу рьяно принялись за дело по его добыче, а так как потребности Русского государства в пушнине и получаемой за нее валюте были огромны, то и добывали ее земокпроходцы всеми доступными способами, как охотясь на пушного зверя сами, так и облагая коренные народы Сибири и Дальнего Востока натуральным налогом - ясаком.
Поначалу землепроходцы брали ясак с коренных сибиряков по принципу "Как Бог на душу положит", но позже установилась норма в 3 соболя с одного охотника мужского пола (в Якутии - до 5). Если соболей в наличии не было, то ясак брали шкурками других пушных зверей, деньгами, зерном, конями. Землепроходцы заставляли платить ясак различными способами, причем взимать ясак "правежом" (силой) и "ясырями" (рабами) категорически запрещалось - ни властям, ни тем более землепроходцам конфликты с местными жителями были не нужны. Конечно, главным способом взимания ясака было взятие аманатов - заложников из числа знати, которых меняли каждые 2-3 года, а отбывшие срок аманаты нередко отправлялись в Москву, где в самом скором времени входили в высшие круги российского общества. Куда более эффективным методом сбора ясака была меновая торговля, особенно железными изделиями, ценившимися у сибирских народов много дороже золота. Был еще один способ сбора ясака: дача "шерти" - священной присяги, происходившая следующим образом: обычно местный правитель брал собаку и рубил ее пальмой (тяжелым ножом на древке) на куски, окорпляя кровью соплеменников, после чего шаман во всеуслышанье обьявлял, что боги покарают так любого, кто не будет платить ясак и проявит в чем-то неверность "белому царю", а русский толмач переводил слова шерти всем присутствующим.
Ясак давал колосальные богатства, с легкостью совращавшие неокрепшие умы и поэтому коррупция вокруг него царила дикая, с мехами мухлевали все - от подьячьих до воевод и губернаторов, что дискредитировало российскую власть, поэтому с ней боролись безжалостно. Сборщиков ясака тщательно проверяли, если находили меха непонятного происхождения - драли нещадно и их, и старшего по должности, на заставах в обязательном порядке проверяли документы на меха в багаже (охотничью грамоту (лицензию) или налоговое уведомление), в Енисейске собранные по всей Сибири меха тщательно проверяли, а по прибытии в Москву проверку повторяли, если оценки не совпадали, то воеводы компенсировали недостачу из собственного кармана, но несмотря на предпринимаемые меры, на "черный рынок" все равно попадала масса сибирского меха, официальные обороты тоже были масштабны, достаточно сказать, что Ерофей Хабаров в бытность свою на Амуре прислал в казну около 4000 соболинных шкурок общей стоимостью в 15000 рублей, а одна Якутия за 70 лет сдала в качестве ясака 4,5 миллиона соболей.
Ясак стал надежным средством пополнения бюджета Русского царства и Российской империи, поэтому неудивительно, что он просуществовал до 1920-х годов, когда был окончательно отменен Советской властью, но потребность в пушнине никуда не исчезла - ее продолжили получать, но не налогом-ясаком, а путем госзакупок по строго фиксированной цене.