Несколько дней назад в Охе открыли памятник лётчикам 583 авиаполка, погибшим при исполнении служебных обязанностей. Примечательный памятник. Не потому, что военных лётчиков в северной столице Сахалина уже нет много десятилетий, полк расформировали ещё в 1960 году. Замечательна история, как этот памятник появился.
Больше двух лет прошло с того самого собрания, на котором инициативная группа во главе с Дмитрием Сагуновым предложила увековечить память пилотов. Сагунов несколько лет изучал историю авиаполка. Соединение базировалось на аэродроме в Охе с 1946 года. На вооружении были сначала поршневые самолёты Як-9. Позже лётчики осваивали реактивные МиГ-15бис, УтиМиГ-15, МиГ-17. Всякая новая техника даётся кровью, собирает свои жертвы. С 1951-го по 1959 год потерпели крушение несколько самолётов, шесть лётчиков погибли, один пропал без вести (его не нашли, считается, что он покоится на дне моря в своем самолёте на восточном берегу Сахалина). В 1951 году лётчик Борис Плужников отвёл терпевший крушение Як-9 от жилых домов, самолёт упал в районе школы на пустыре. Почти по сюжету старой советской песни на стихи поэта Роберта Рождественского «Огромное небо». И там такие слова:
И надо бы прыгать – не вышел полёт!..
Но рухнет на город пустой самолёт!
Пройдёт, не оставив живого следа,
и тысячи жизней, и тысячи жизней,
и тысячи жизней прервутся тогда!
Мелькают кварталы, но прыгать нельзя...
«Дотянем до леса! – решили друзья. –
Подальше от города Смерть унесём.
Пускай мы погибнем, пускай мы погибнем,
пускай мы погибнем, но город спасём!»
Стрела самолёта рванулась с небес,
и вздрогнул от взрыва берёзовый лес!..
Не скоро поляны травой зарастут...
А город подумал, а город подумал,
а город подумал: «Ученья идут!»
Почти охинская история, во всяком случае, по сути своей.
Во время выполнения служебного задания в 1959 году погиб командир полка майор Андрей Паршин.
В общем, про лётчиков в Охе не забывали и решили поставить им памятник в рамках инициативного бюджетирования. Деньги по этой программе, в основном, выделяются из областного бюджета, но и небольшие проценты вносят сами жители. Охинцы решили взять на себя повышенные обязательства. И всё сначала шло хорошо.
Первым камнем преткновения стало выделение участка, где поставить памятник. Муниципальные чиновники неожиданно упёрлись – дескать, «в городе свободных участков нет, и вообще, нечего Оху «утыкивать» бюстами, как на кладбище». И предложили поставить памятник у аэропорта. Надо заметить, что воздушная гавань находится почти в 10 километрах от Охи. В день принимает два-три рейса, и уж их пассажирам совсем не до того, что за памятник и кому поставили где-то рядом с аэровокзалом – просто некогда: приехал - улетел, прилетел – уехал. Инициативная группа наотрез отказалась от этого варианта. Со скандалом, но удалось отыскать подходящее место в центре города, у торгового центра «Нефтяник».
Затем началась дискуссия – как должен выглядеть памятник. Чиновники предложили ограничиться бюстом некоего абстрактного лётчика. И вроде как со скульптором они договорились, и стоить будет недорого. Но «штамповка» инициаторов не устроила, и они сошлись с чиновниками в этом вопросе «в клинче». Потому что у них был свой проект, созданный по идее местного художника и скульптора Олега Носырева. Авторский вариант противники идеи сочли слишком дорогим для Охи. Но люди упёрлись и отстояли свою идею.
Со временем нашлись деньги и на благоустройство, и на освещение прилегающей территории. И вот 4 сентября памятник открыли. Без пафоса, очень душевно. Пришли те, кто все эти годы поддерживал инициативную группу, те, кого событие не оставило равнодушными.
Два официальных выступающих, четыре песни, спетые с душой. Теперь в Охе есть памятник, который увековечил память погибших, который люди сами предложили сделать и отстояли своё право видеть его таким, как задумывалось. И ещё неизвестно, что важнее.