Как известно, русский военачальник Алексей Алексеевич Брусиловв период Гражданской войны сперва сохранял «нейтралитет», а потом, к 1920 году, вообще оказался в Красной армии и даже подписал «Воззвание к офицера армии барона Врангеля». За этот поступок его потом осуждали белоэмигранты.
Но возможно, что А.А. Брусилов в своих мемуарах пишет правду: проблема будущих белых была в их немалой оторванности от «солдатских масс». Последних, понятное дело, было сильно побольше. Но дело, разумеется, не только в этом.
Брусилов говорил о том, что офицерский корпус ничего не мог противопоставить социалистическим агитаторам. Пропагандисты из «левого лагеря» прекрасно понимали, что нужно солдатам: немедленный мир и «справедливый» передел собственности. Тогда как эсеры и меньшевики говорили об оборончестве, большевики повышали ставку. И выходила вот такая ситуация:
«Вот тут-то проповедь большевиков и пришлась по вкусу и понятиям солдатам. Их совершенно не интересовал Интернационал, коммунизм и тому подобные вопросы, они только усвоили себе следующие начала будущей свободной жизни: немедленно мир во что бы то ни стало, отобрание у всего имущественного класса, к какому бы он сословию ни принадлежал, всего имущества, уничтожение помещика и вообще барина...» (с) А.А. Брусилов. Воспоминания.
Довольно откровенно, не так ли? И здесь Брусилов вспоминает стародавний принцип Российской империи: армия вне политики. Да, определенная часть русского офицерского корпуса кое-что понимала в политике, однако даже она не могла на равных выдержать конкуренции с профессиональными агитаторами, работавшими на интересы большинства военных.
Кроме того, социальный состав этих военных был уже не тот, что в 1709, 1812 или даже в 1914 годах. Это был именно «вооруженный народ», а не рекруты (оторванные окончательно от родных мест, служившие практически пожизненно), возглавляемые дворянами. Кадровая армия Российской империи прошла через три года Мировой войны, потеряв при этом большую часть старых солдат и армейских офицеров. Сработала и вековая крестьянская психология: люди считали, что помещики веками наживались на их труде, а значит, пришел час расплаты.
Брусилов отмечал и ещё один важный момент: ведь был уже прецедент, Революция 1905 — 1907 годов. Так почему же власть не попыталась создать организацию «профессиональных агитаторов» в армии, научить собственных офицеров хотя бы основам «политологии»? В итоге офицеры, желавшие продолжения войны и солдаты, стремившиеся к прекращению конфликта и к переделу собственности, оказались «в разных мирах». Пропитанных взаимной ненавистью.
«Офицер сразу сделался врагом в умах солдатских, ибо он требовал продолжения войны и представлял собой в глазах солдата тип барина в военной форме...» (с) А.А. Брусилов. Воспоминания.
Конечно, офицеры тоже вели себя по-разному, да и развал фронтов происходил с разной скоростью.
Но в период начального этапа Гражданской войны мы видим следующее: «революционные» солдатские массы не доверяют «военным специалистам» из числа бывших генералов царской армии.
То есть «вражеский образ» офицера не померк даже в 1918 году, тем более, что белое движение во многом состояло из офицеров...
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на моем You Tube канале. Читайте также другие мои каналы на Дзене:
О фильмах, мультиках и книгах: Темный критик.
О политоте, новостях, общественных проблемах: Темный политик.