Старинное село Середа находится в 58 км к северу от Ярославля.
По историческим данным, в 19 в. за селом утвердилась слава «столицы русских тарантасов». Здесь «расторопные ярославские мужики» мастерили свои «не хитрые, кажись, дорожные снаряды». Именно их писатель Н.В. Гоголь возвысил до вдохновенного символа России – «Необгонимой птицы-тройки».
Свою уникальную специализацию Середа обрела благодаря расположению на перекрестке двух почтовых трактов. Здесь, ровно посередине пути – на расстоянии ямского гона (около 60 км) – пересекались две крупные дороги. Одна пролегала от Ярославля к уездному г. Любиму. Вторая, не менее оживленная, соединяла город Данилов с Костромой.
Известно, что в начале 19 века через Середу ежедневно проезжало до нескольких сотен обозных телег, почтовых карет, бричек, линеек, кибиток, пролеток, дрожек, двуколок и тарантасов. Вдобавок, масса людей съезжалась сюда на богатые торговые ярмарки.
Не удивительно, что все это вызвало бурное развитие «дорожного сервиса». В селе открывались мастерские колесного, рессорного, шорного и кузовного ремонта.
Местные мастеровые смогли расширить «модельный ряд» тогдашнего транспорта. Они освоили выпуск надежных, на совесть сработанных тарантасов. Последние бойко продавались на ярмарках, и к 30-м годам 19 века завоевали популярность на гужевых рынках Москвы.
Напомню, что тарантасом на Руси называлась вместительная 4-х колесная повозка на длинных «дрогах» (подвижной раме, компенсирующей тряску). Запрягался экипаж тройкой или даже шестеркой отборных ямских лошадей.
Писатель граф В.А. Соллогуб в своей повести «Тарантас» (1840 г.) уважительно именовал его «удивительным изобретением ума человеческого» !..
И наконец, Николай Васильевич Гоголь, много ездивший по России, также высоко оценил достоинства ярославских тарантасов. В знаменитом лирическом отступлении в романе «Мертвые души» он четко указывает на производителя воспетого им «дорожного снаряда»: «... наскоро живьем с одним топором да долотом снарядил и собрал тебя ярославский расторопный мужик».
Помнится, этот отрывок в школе учили наизусть. И теперь лишний раз убеждаешься в актуальности выводов великого писателя:
«Русь, куда ж несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства …»
С приходом в соседний город Данилов железной дороги (1872), движение через Середу только лишь возросло. Тысячи пудов грузов переваливались конными обозами в Кострому, пока что оставшуюся без «чугунки» (до 1887 г.)
Очередной виток транспортного «бума» вызвал небывалое развитие дорожного сервиса: харчевен, чайных, бакалейных лавок, постоялых дворов. Одних только трактиров в Середе насчитывалось пять – больше, чем в иных уездных городах. По вечерам из окон доносились задорные переливы балалаек и заунывные песни ямщиков.
Кстати, из этих мест происходит «классика жанра» - песня «Ямщик» (1868). Автором её стихов является ярославский поэт-демократ, уроженец г. Любима, Леонид Николаевич Трефолев (он же автор всенародно известной «Эх, дубинушка, ухнем»!)
Когда я на почте служил ямщиком,
Был молод, имел я силенку,
И крепко же, братцы, в селенье одном,
Любил я в ту пору девчонку
Страдания влюбленного ямщика легко понять, взглянув на фото девушек из Середы. Тут впору вспомнить «Незнакомку» Крамского:
Сегодня в Середе нет ни музеев, ни садовых скульптур, ни туристских сувенирных развалов. Но во многом село сохранило свой исторический облик. Особую выразительность придают ему многочисленные каменные дома.
Нужно отметить, что жители Середы не увлекались пышной лепниной и прочими украшательствами. Большинство особняков выдержано в крепком «ямщицком» кирпичном стиле. Строили их люди, привыкшие твердо и основательно ступать по земле.
Колоритное своеобразие здешних памятников иногда не на шутку озадачивает, вызывая массу вопросов. Взять хотя бы огромный загадочный дом в центре села. На первый взгляд – старинная усадьба в стиле раннего барокко (!!?)
Но по документам, здание лишь стилизовано под 18 век. Возведено оно в 1896 г. купцом Александром Алексеевичем Чистяковым. В доме размещались ресторан, магазин, лавки, трактир, гостиница, биллиардная и контора коммерческого банка. А в одном из крыльев находились хозяйские покои.
И все же загадка, зачем-то практичным купцам понадобилась длинная барская анфилада? Вальяжно дефилировать по ней, им вроде бы, было некогда …
Под стать ему соседний особняк купца Кузьмы Чирова. Постройка 1890-х годов отчасти напоминает ранние петровские палаты, например, малый Летний дворец в Петербурге.
Помимо торговли, оборотистый Кузьма Чиров «гонял ямщину, и имел около двадцати лошадей на ходу, с летними и зимними экипажами».
И на этом далеко не исчерпываются местные достопримечательности. В селе можно увидеть еще целый ряд старых каменных построек:
О хозяине последнего дома стоит сказать пару слов. Чекарёв, местный уроженец, в детстве осиротел, и был увезен в Москву. Там забитый "мальчик на побегушках" сумел вырасти до непревзойденного мастера плиточных работ, и обзавестись солидным состоянием.
О былом благополучии населения говорит и тот факт, что даже многие хозяйственные строения здесь были каменными.
Помимо коммерческих талантов, здешних жителей отличала еще неукротимая тяга к искусству и просвещению.
В селе работали две библиотеки. А в помещении трактира Чистякова с большим успехом ставились театральные спектакли, преимущественно по пьесам Островского: «Сердце не камень», «На бойком месте», «Без вины виноватые». Отваживались местные театралы «замахнуться на Фёдора нашего Достоевского» - известно о спектакле по его повести «Дядюшкин сон».
Неподалеку от Середы, в усадьбе Субботино, родилась русская поэтесса Юлия Жадовская. Она называла себя «падучей звездой». Некоторые её стихи удивительно напоминают раннюю Ахматову:
Повсюду тишина, природа засыпает,
И звезды в тишине так сладостно горят!
В 1904 году на средства купца Чистякова в селе было построено новое здание начальной школы. Профессор Н.С. Борисов находит в ее архитектуре ряд достоинств.
В своей книге историк дает положительную оценку своеобычному архитектурному стилю Середы: «Хорошие пропорции, ясное построение фасадов, совершенство кирпичной кладки позволили достичь необходимого художественного эффекта в узких рамках «кирпичного стиля».
Вплоть до начала XX в. в Середе сохранялись традиции высокого мастерства, поддерживалась слава села, как центра обучения высококлассных специалистов.
Впечатляет возведенный на восточной окраине в 1903-1906 гг. ансамбль зданий технического училища. Право, столь солидный комплекс сделал бы честь иным университетским городкам!
Наряду с традиционными профессиями слесаря, шорника, плотника, столяра дети местных крестьян могли получить здесь новейшую по тем временам специальность механика по обслуживанию двигателей внутреннего сгорания.
И даже высокие достижения научной мысли оказались по плечу здешним уроженцам. В местной больничке в 1891-1893 гг. начинал свою врачебную деятельность Сергей Иванович Спасокукоцкий. Впоследствии он стал светилом отечественной медицины, действительным членом Академии наук.
Разработанные им методы во время Великой Отечественной войны спасли жизнь десяткам тысяч раненых. В 1942 году он был удостоен Сталинской премии 1-й степени за работы в области хирургии лёгких.
В заключение покажу еще одно фото: Колыбель птицы-тройки с высоты птичьего полёта.
Впереди, за кромкой горизонта – Кострома. Когда-то дорогу к городу через дремучие леса пытался отыскать отряд польских интервентов. О дальнейшей судьбе «гоноровых панов» хорошо известно из оперы Глинки «Жизнь за царя» (в советской версии «Иван Сусанин»).
До сих пор в Середе при большом стечении народа отмечается фольклорный праздник «Крошиха» в честь освобождения села от польских оккупантов и чудесного спасения церковных святынь. Подобно Сусанину, в начале XVII в. местный крестьянин Устин Крошило самоотверженно рисковал жизнью ради сохранения духовного достояния.
И позже здесь давали твердый отпор иноземным захватчикам всех мастей.