Заброшенная церковь на холме ночами мне является и снится. Там ангелы летают в полутьме. И мёртвые идут туда молиться. И призраки звучат колоколов. И ветер в окна ветхие стучится. Венчают в ней великую любовь, которой не дано было случиться. На стенах спит забытый аромат сгоревшего в слезах о чуде воска. Тяжёлый скрип дряхлеющих оград ворчит о том, что всё порою поздно. И прорастают в камень толстых плит, корнями заострёнными деревья. Природа дышит в ней и в ней стоит раскидистою птичьей колыбелью. И грустно мне немного и светло средь призраков бродить в её чертогах, и на плече искать своём крыло, и слушать долго стены, сердце, Бога.
Заброшенная церковь на холме
ночами мне является и снится.
Там ангелы летают в полутьме.
И мёртвые идут туда молиться.
И призраки звучат колоколов.
И ветер в окна ветхие стучится.
Венчают в ней великую любовь,
которой не дано было случиться.
На стенах спит забытый аромат
сгоревшего в слезах о чуде воска.
Тяжёлый скрип дряхлеющих оград
ворчит о том, что всё порою поздно.
И прорастают в камень толстых плит,
корнями заострёнными деревья.
Природа дышит в ней и в ней стоит
раскидистою птичьей колыбелью.
И грустно мне немного и светло
средь призраков бродить в её чертогах,
и на плече искать своём крыло,
и слушать долго стены, сердце, Бога.