...— Лариску же нашли за сто километров, в деревне какой-то с частичной амнезией. А меня ещё долго убеждали, что солнце в глаза стрельнуло, — взволнованно рассказывала мама. — Прошу тебя, на переход – ни-ни! Раз в несколько лет Вайоллка выискивает себе жертву и хватает.
Холодок пробежал по коже.
Это продолжение истории, а начало можно прочитать здесь.
— А кто она эта Вайоллка? – на всякий случай поинтересовалась я.
— Колдунья, — ответила бабушка Лида и рассказала вот что...
После вoйны они пришли в деревню. Отец и дочка. Сколько лет Степану было сказать трудно, а Вайоллка выглядела на двадцать – двадцать пять. Очень быстро по деревне поползли слухи, что они колдуны, неkpoманты. Колдуны, почитающие мepтвых. Они из молдавских цыган, и колдовское искусство у них в кpoви. Свои обряды они справляют на мoгuлах предков принося им kpoвавые жepтвы. Говорят, что чем существеннее жepтва, чем больше любви в неё вложено, тем больше силы прибавляется у колдуна. Приметили люди что неkpoманты могут жить по сто лет и больше оставаясь молодыми.
Семейку эту изгнали с прошлого места жительства. В той деревне, где они проживали, пропала восьмилетняя девочка. Девочка была вхожа в их дом, прямо как дочка. Тянуло её в тот дом, несмотря на запрет родителей. Ведь и в той деревне семейство считали колдовским.
Когда девочка пропала, родители сразу обвинили во всём мать Вайоллики, преследовали, а после всей деревней устроили caмосyд. Тогда отец и дочь бежали.
Люди каждый год пропадают — продолжала рассказ бабушка. — Куда, никому не ведомо! Оттого и наши в деревне забеспокоились при виде этой семейки. На деревенском kлaдбuще был пoxoронен их далёкий предок, и мoгuлkа та стояла обособленно. Kладбuще росло, но всегда в противоположном направлении.
А самое странное, в том, что у сxоpоненного там колдуна, сын Степаном тоже был. Про него мне моя мать, твоя прабабка ещё рассказывала. Ушли они из деревни лет пятьдесят назад. Степану тогда тоже как и Вайоллке, лет двадцать было. Если это он – то тогда должен Степан стариком уже быть. А ему и пятидесяти не дашь!
Вайоллка – черноглазая красавица – влюбила в себя видного деревенского паренька. Прямо заболел ею. Не иначе. Жениться захотел во чтобы то не стало. Парня этого всей деревней спасали. Не иначе приворотом она его к себе приклеила. В тайне к этой Вайоллке все девки ходили. На суженого погадать, приворотное зелье получить, а то и порчу на кого навести. Всё умела черноглазая Вайоллка.
От греха заперли парня в сарае, чтоб перегорело. А потом женили на другой девушке, той, что прежде была ему мила, да в немилости вдруг оказалась.
Вайоллка разозлилась, гиеной изворотливой проникла на свадьбу молодых и предрекла девушке гибель от рябой кобылы.
Город тогда вплотную подступал к нашей деревне. Коней и не осталось ни у кого. По деревне всё больше железные кони носились. Но слов Вайоллки испугались не на шутку. После свадьбы молодые тот час уехали в город от греха подальше. Куда-то пропала и Вайоллка. Тихо и незаметно жил в доме на окраине её отец, пока прямо напротив не построили школу.
Школа выросла огромная, типовая, и сюда потянулись дети со всей округи. В тот год в школу пошёл первенец того самого парня, которого так хотела заполучить Вайоллка.
Все уже здорово подзабыли эту историю, покуда на перекрестке у школы не появилась его беременная жена с ребенком. Он вела сына за руку, когда тот остановился, и указал на окно дома через дорогу. Мальчонка замер, а мать всё еще продолжала движение. В тот момент на перекресток выскочил грузовик. На фургоне была изображена пегая лошадь...
Пpoклятье Вайоллки сбылось. Все кто ещё оставался в деревне тут же вспомнили о коварной ведьме. Оглядываться и шептаться в поиске чёрных глаз. А перекресток стал называться «гиблым». Там и до этого нередко происходили авapии и стpaнные происшествия, но никто не связывал их с домом ведьмы, — закончила она свой рассказ.
Я ещё долго помнила историю рассказанную бабкой Лидой. Тогда ведь, полиция даже обыскала дом колдуна в тщетных попытках найти пропавшего ребёнка. Помню мы глазели с ребятами через дорогу — из дома в сопровождении полицейских вышел мужчина. На вид ему было не больше пятидесяти.
Неужели это был Степан, отец черноглазой колдуньи?
Конец истории