Второй день на необитаемом острове. Сначала я именно так назвала статью, но потом поняла, что это будет кликбейт, хотя от истины я недалека.
Первый заплыв на остров состоялся в пятницу, второй – в субботу. Эльдорадо манит лодочников.
Согласно легенде, на острове сразу после революции закопал свои сокровища фабрикант Асеев, чей особняк до сих пор украшает нашу набережную. Конечно, все уже давно найдено вплоть до последней монетки, но мы все-таки кое-что нашли…
Итак, день второй. Сели в белый фофан в количестве пяти человек. Я на веслах. Все остальные (две мамы и двое сыновей) понятия не имели, куда именно мы плывем. Тем не менее, вариантов у них уже не было, пришлось ждать конечной остановки.
Это на обратном пути у всех уже были совсем другие эмоции, когда новички гребли поочередно впервые в жизни и получали удовольствие, а в начале лица у моих попутчиков были напряженные после того, как я им рассказала про необитаемый остров.
Я решила высадиться на том месте, куда ходили с сыном полгода назад, чтобы посмотреть, какие изменения там произошли за это время.
Вышли, замаскировали лодку, взяли весла, положили их на поваленное дерево.
Только недавно узнала: весла нельзя класть на песок, потому что от этого повреждаются металлические детали, а так же уключина.
Мои попутчики очень быстро развели костер, сухих веток вокруг хватало.
Поджарили хлеб и сосиски, чай пили из термоса.
Неожиданно до нас доходит: а что это за кусок кирпичной стены, который служит нам столом? Мы же на острове, на котором нет и не было ни одного строения.
Неужели кто-то специально переправил в лодке такую тяжесть? А главное: зачем?
Не получив ответа на наш вопрос, собрали вещи и направились к лодке, и тут обнаружили второй странный артефакт.
Это вполне современная керамическая ваза, сомневаюсь, что такая могла бы стоять в усадьбе Асеева.
Просто кто-то приплыл на остров со своей вазой, а потом ее там забыл, бывает.
Собрали также 2 мешка вполне обычных артефактов в виде пластиковых бутылок, взяли их с собой в обратный путь.
Остров не раскрыл свои тайны, но стал хоть чуть-чуть чище.