На выборах 1993 года проправительственные блоки выиграли 19 % мест в Думе, а в 1995 году они выиграли лишь 14 % мест. Даже в
период между выборами некоторые депутаты всегда переходили на сторону оппозиции.
С 1999 года процесс пошел в обратном направлении. Пользуясь покровительством
Путина117, партия «Единство» вместе с лояльной партией «Наш дом – Россия» выиграла 18 %
мест в Думе в декабре того года. В 2003 году проправительственные партии получили 58 %
мест, а в 2007 году им удалось завоевать уже 78 % мест. Выборы в этот период отличались увеличением количества всевозможных подтасовок. Но всплеск поддержки пропутинских блоков выражался не только в этом. Достоверные опросы «Левада-Центра» и других организаций
показали, что популярность прокремлевских партий последовательно увеличивается, тогда
как рейтинг оппозиции резко падает (см. главу 10). В период между выборами последовала
масса нарушений (как со стороны отдельных депутатов – в случае с Лужковым, так и со стороны целых блоков), увеличивающих преимущество Путина. В период с декабря 2003 года по
октябрь 2007 года без проведения каких-либо новых правительственных выборов, поспешив
присоединиться к победившему Путину, проправительственные фракции завладели от 58 %
до 75 % мест.
Как только рейтинг Ельцина упал, прохождение каждого этапа законотворчества требовало терпения Сизифа. Чубайс вспоминал, что один и тот же указ возвращался назад три или
четыре раза с несколько иной формулировкой, пока не был одобрен Думой (см. главу 6).
Как только рейтинг Путина взлетел в конце 1999 года, оппозиция
испарилась.
Для принятия бюджета необходимо было обладать способностью творчески подходить к
заключению сделок и знать все тактические тонкости. Депутаты в регионах, где рейтинг Ельцина падал намного быстрее, были особенно упорными. А в тех регионах, где поддержка Ельцина упала в 1991–1993 годах, скорее всего, голосовали против предложений правительства в
марте 1993 года на заседании правительства, в отличие от депутатов тех регионов, где его поддержка осталась неизменной. На правительственные законопроекты, принятые Думой, иногда
налагалось вето со стороны Совета Федерации. Это происходило в 12 % случаев118 при правлении Ельцина в 1994–1999 годах и только в 6 % случаях при правительстве Путина в 2000–
2004 годах.
Даже тогда, когда реформаторы добивались своего, отсрочки становились все длиннее.
В 1994 году потребовалось чуть меньше шести месяцев в среднем для прохождения основных внебюджетных указов. К 1999 году на это потребовалось почти два года. При правительстве Путина время, необходимое для принятия законов, сократилось примерно до шести месяцев. Особо важные законодательные акты принимались всего за несколько дней. Законопроект
Путина о замене прогрессивного подоходного налога с единой ставкой в 13 % был утвержден чуть больше, чем через два месяца после его представления в Думе. Ельцин вынужден был
пресекать неоднократные попытки объявить ему импичмент – в декабре 1992 года, в марте и
сентябре 1993 года, в июле 1995 года и с июня 1998 года по апрель 1999 года. Все эти попытки
были неудачными, хотя в 1999 году они были очень близки к успеху. Никто даже не мечтал
попытаться объявить импичмент более популярному Путину.
Правительство было лишь одним из препятствий на пути Ельцина. Вторая преграда
скрывалась в регионах страны, где губернаторы, осмелев, снижали рейтинг Ельцина, игнорировали правительственные инструкции, присваивали федеральную собственность и втягивали
на местном уровне федеральных чиновников в свою команду. Они перечисляли меньше налоговых поступлений в центр, тем самым подрывая федеральный бюджет. Некоторые активно
поддерживали коммунистическую оппозицию. Местные политики, по-видимому, принимали
во внимание популярность Ельцина в регионах.
Там, где поддержка президента снижалась
намного быстрее, губернаторы были склонны занимать более жесткую позицию.