В Фатьяновке - квартале двухэтажных домов «сталинской» застройки - обитали в основном пожилые люди. И хотя жилье давно находилось в аварийном состоянии, местные обыватели привыкли к своим квартирам и даже слушать не хотели о переселении. Но когда-то жильцы «сталинок» всем двором плясали на свадьбах, а теперь всё чаще собирались, чтобы проводить кого-то в последний путь. Ничего не поделаешь – жизнь есть жизнь. Вот так и получилось, что, в конце концов, в одном из подъездов фатьяновских домов осталось только пять вдов. Одна квартира вообще пустовала: супруги Белкины умерли, а их дочь Ирина никак не могла продать «трешку».
- И гвоздь-то прибить некому, - собравшись у подъезда, грустно вздыхали пожилые женщины. – Детей разве допросишься? Всё им некогда. А мастера берут дорого, да и как посторонних в квартиру впускать-то… страшно. Вон сколько аферистов развелось.
Пенсионерки много времени проводили у телевизоров, и больше всего их интересовала передача «Дежурная часть». Они увлеченно обсуждали: где, кто и кого убил или ограбил. Но особенно часто женщины говорили о мошенниках, потому что в криминальных сводках их жертвами то и дело оказывались их сверстники.
- И как же люди могут быть такими доверчивыми? Неужели не видно, что перед тобой аферист? Уж мы-то враз его разоблачили бы.
Они действительно отличались подозрительностью, и основательно выматывали нервы соцработнице Юле, не говоря уже о продавщицах ближайших магазинов, но, вообще-то, жизнь женщин была на редкость скучной. И вот однажды Ирина Белкина оповестила соседок:
- Со мной связался пожилой вдовец. Хочет жить отдельно, чтобы детям не мешать. Завтра придет квартиру смотреть. Пока снимать будет, а в дальнейшем, если ему тут понравится, купит. Интересный такой… Жених хоть куда!
- Ну, скажешь тоже! – хмыкнула Алла Алексеевна.
- Наши женихи на том свете с фонарями невест ищут, - хихикнула и Любовь Петровна.
Живущая на первом этаже глуховатая баба Клава только растерянно хлопала глазами, пока её соседка Галина Игоревна не прокричала старушке в ухо, что на втором этаже над ней поселится пенсионер.
- Пионер? – удивилась баба Клава. – А родители-то его, где же?
- Совсем из ума выжила, глухая тетеря, - с досадой посетовала Ида Дмитриевна. – Забыла, что пионеров уж лет тридцать, как нет.
Перспектива нового соседства насторожила недоверчивых кумушек. Мало ли, а вдруг этот «жених» пьяница или дебошир? Как же с безобразником потом справляться беззащитным женщинам?
- Иван Семенович Кротов обходительный мужчина, - успокоила их Ирина. – Я сказала бы, даже чересчур. Как будто джентльмен из кино про Шерлока Холмса.
И вправду, новый жилец оказался на редкость представительным седовласым мужчиной с благородной осанкой и крупным породистым носом. Осмотрев квартиру, он поехал за вещами, а довольная Ирина подошла к пенсионеркам.
- Иван Семенович очень обрадовался, увидев вас. Сказал, что всегда мечтал иметь в соседках столь милых дам. Молодежь, мол, всегда шумит, а он предпочитает тишину.
- Судя по всему, стоящий мужчина, - согласились с ней польщенные пенсионерки.
И Иван Семенович действительно показывал себя настоящим джентльменом. Он всегда останавливался возле сидящих у подъезда женщин, а то и присаживался рядом, умело поддерживая беседу на любую тему. Был вежлив и корректен, и не выказывал ни малейших признаков раздражения или усталости, когда соседки часами рассказывали ему про свои многочисленные болячки. И самое главное - Иван Семенович охотно откликался на просьбы что-то починить, и делал это бескорыстно – разве что не отказывался от чашечки чая с какими-нибудь «вкусняшками». Сладкое он очень любил.
Но как-то, заглянувший к Алле Алексеевне мужчина имел настолько расстроенный вид, что женщина не выпустила его из квартиры, пока не допыталась, в чем дело.
- Знаю, что вы дама не из болтливых, но все же попросил бы наш разговор оставить в тайне. Дело такое… не с каждым и поделишься, – предупредил он. - У моего сына сильные неприятности. У него маленький бизнес, но подвели поставщики, и теперь ему нечем платить кредиты. Сами знаете, банки церемониться не будут - продадут долг коллекторам. Эти же звери никого не жалеют! А у меня внуки маленькие. Сын выставил на продажу дачу, и уже нашёлся покупатель, но пока сделают все бумаги, пройдет не менее недели, а деньги нужны уже завтра. Мне так неудобно просить… и если бы не моё особое отношение к вам, разве я осмелился бы…
В его голосе прозвучала приятно смутившая Аллу Алексеевну нотка интимности, как бы намекающая, что они не просто соседи.
- … не могли бы вы меня на неделю выручить деньгами?
У женщины при виде его опечаленного лица, сердце сжалось сочувствием.
- Сколько нужно-то?
- Много – двести пятьдесят тысяч. Кое-какие сбережения у меня есть, но понятно, что целиком такую сумму не осилить. Не найдется у вас хотя бы ста тысяч? На следующей неделе обязательно верну.
Сто тысяч у Аллы Алексеевны были отложены на похороны. Но умирать она пока не собиралась. Как не помочь хорошему человеку?
- Только мне надо в банк сходить, а я сегодня Юлю с заказами жду.
- Это не проблема. Дайте карточку и код, я сам сниму, - предложил сосед.
- Так у нас у всех пенсия на сберкнижках, - пояснила Алла Алексеевна. – Мы переходить на карточки не стали, так что без паспорта деньги не дадут. Давайте, завтра.
- Ладно, - немного подумав, согласился Иван Семенович. – Только пораньше, чтобы я успел деньги сыну отдать. Часов в девять.
Алла Алексеевна испытывала танталовые муки, вынужденная хранить тайну. Ей так хотелось рассказать соседкам об особом доверии Ивана Семеновича! Женщину охватывало приятное волнение, когда она вспоминала, как по-особенному тепло звучал его голос. Может, после этого случая их отношения станут более близкими? В конце концов, она уже пятнадцать лет вдовствует – не зазорно и о новом муже задуматься.
Дождавшись Юлю с продуктами, Алла Алексеевна вышла на улицу. Соседки что-то задерживались, и женщина оказалась на лавочке одна. Но вдруг она услышала громкий голос Ивана Семеновича.
- Мне надо двести пятьдесят тысяч, Клавдия Васильевна…
Задумавшаяся женщина вздрогнула и оглянулась. Оказалось, что у бабы Клавы приоткрыто окно на кухне, а так как старушка была глуховата, то Иван Семенович вынужден был кричать, не подозревая, насколько прекрасно его слышно во дворе.
Алла Алексеевна буквально окаменела, слушая те же слова, что сосед говорил и ей, упрашивая хранить тайну. Нехорошие подозрения охватили женщину, особенно когда она увидела возвращающихся откуда-то двух необычно взволнованных соседок.
- Уж не из банка ли спешите? – ехидно осведомилась она. – Тайком друг от друга, по сто тысяч с книжек сняли?
Ида Дмитриевна и Галина Игоревна удивленно переглянулись.
- А ты откуда знаешь? Мне же Иван Семенович по секрету…
- И меня просил никому не говорить.
Алла Алексеевна зло рассмеялась.
- А Любу вы в банке случайно не видели?
- Видели, но она к нам не подошла. А что случилось-то?
- А то и случилось… - и Алла Алексеевна, показав на открытое окно бабы Клавы, рассказала соседкам, что недавно услышала. – Хорошо, что старушка глухая, а то обул бы нас этот лихач на полмиллиона.
Судя по резко покрасневшим лицам, у женщин подскочило давление.
- Неужели Иван Семенович аферист? Не может быть… такой положительный мужчина!
- Хотите проверить? Неужели у вас так много денег?
Соседки негодующе фыркнули.
- Сама знаешь, что наши пенсии – горе одно. С трудом на похороны насобирали.
- Предупредите Любу, пока мошенник не перехватил её где-то на подходе к дому. А я позвоню участковому, и пусть полиция с этой историей разбирается. Если невиновен квартирант Ирины, так с нас спрос короткий – мы не обязаны ему полмиллиона занимать.
Когда к Ивану Семеновичу нагрянула полиция, у него нашли двести тысяч, которые аферист уже умудрился вытянуть из бабы Клавы, оказывается, хранящей свои сбережения в банке из-под кофе.
- Ваш квартирант, - позже объяснил женщинам участковый, - известный в криминальных кругах фармазон Борис Берштейн по кличке Сиропчик. Мошенник уже давно в розыске. А сына у него вообще нет.
- Как же так? – расстроилась Ирина. – Я ведь его паспорт видела.
- Паспорт у него поддельный. Специализируется Сиропчик на обмане пожилых женщин. Специально снимает квартиры в домах, где есть одинокие пенсионерки. Будто случайно знакомится и начинает морочить голову: обещает жениться или давит на жалость. Пожилые люди доверчивы, их легко обмануть. А у вас он прямо-таки в цветник попал. Хорошо хоть не уговорил миллионные кредиты на себя оформить.
- Да что мы, дуры совсем! – возмутилась Алла Алексеевна, но, посмотрев на подруг, прикусила язык.
Женщины виновато опустили глаза – видимо, подонок, подталкивал их и на этот безумный шаг. Просто времени и осторожности ему не хватило, чтобы ограбить соседок подчистую.
- А почему этот негодяй - Сиропчик? – угрюмо поинтересовалась она.
- Так его урки прозвали за особую слащавую манеру общаться с женщинами. Вдобавок ко всему, он конфеты очень любит.
- Что есть, то есть, - вздохнули пенсионерки и разошлись по домам.
Пару дней они не собирались на любимой лавочке, каждая по-своему переживая случившееся, но потом вновь встретились.
- Что было, то было… тьфу на этого Сиропчика, - нарочито бодро заявила Алла Алексеевна. – Тем более что нас ограбить, благодаря глухоте бабы Клавы, ему так и не удалось. Ну, бабы, что сегодня в «Дежурной части» было?
Но женщинам почему-то больше не захотелось обсуждать криминальные новости, и они оживленно заговорили о гостях передачи Андрея Малахова, мудро предав забвению историю с аферистом Сиропчиком.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал.
Другие рассказы: