Кладовые моей памяти полны. Под завязку.
Выглядят они по-разному.
…
Иногда, это со вкусом «меблированные» воспоминаниями дворцы крезов и падишахов - ослепляющие своим убранством.
Здесь вечное лето – здесь детство в коротких штанишках, манящее вернуться в прошлое.
Здесь беззаботная юность в сверкающем ожерелье из жизненных историй – легких на вес, но бесценных в своей невозвратности.
Здесь в сверкающих залах, еженощно, проходят балы – крутятся в танце принцессы моих влюбленностей. Принцесс великое множество – все они разных национальностей и из разных социальных слоев – здесь и крестьянки пекущиеся о чистоте своего душевного естества, прядущие на самопрялках розовые мечты о «золушках и богатых принцах»; здесь и дамы из высшего общества презрительно взирающие на самодельные прялки крестьянских надежд.. дамы, пресыщенные циничной вседозволенностью и всемогуществом; здесь и молодые охотницы, с четко поставленными целями..
Здесь былинные герои моих побед - в золотых шеломах спасения, в латах человеческого признания и восхищения и с мечами «Духа Божьего».
В этих залах я встречаюсь «взглядами воспоминаний» с великими ветхого мира сего – мудрыми президентами, гениальными писателями и поэтами, талантливыми барышниками – все они субъекты, все они «Ра», вокруг которых крутятся, мотыльками-однодневками, планеты-человеки, в миг сгорающие в момент соприкосновения с сияющим ореолом окутывающим их кумиров, от чего сей ореол становится все ярче и ярче.
…
Иногда, это ветхие, покрытые паутиною забытиЯ, старые амбары на задворках моего сознания, куда я сваливаю, за ненадобностью, некоторые жизненные истории и ситуации. Здесь могильный холод, здесь пахнет плесенью и лишь паутина липнет к лицу в робком ожидании, что я вспомню.. Происходит это редко..
Все реже и реже..
Хлам никому не нужен.
Но, когда это происходит, тогда возникающие искры от соприкосновения паутины с нейронными связями бегут по липким ниточкам-паутинкам, разбегаются в разные стороны к дряхлым, но еще живым паукам-хранителям, сидящим в темных уголках моего разума, которые дергают за струны воспоминаний и на свет пробуждается нечто – зачастую это сонм чудовищ из спрятанных, казалось бы надежно, тревог и страхов; порою это забытые мелодии для смычковых инструментов моей души; порою это действительно что-то очень важное – вкус молока моей мамы.. запах ремня моего отца, которым он, к сожалению редко, наказывал меня за мои провинности.. забытый вещий сон, вспомнив который я понимал, что Кто-то невообразимый – великий и недоступный - вел меня по дорогам моей судьбы!
…
Иногда это тщательно охраняемые зловонные темницы таящие необратимую угрозу – угрозу моему духу, моей душе, моему разуму и телесному существованию. По ним снуют крысы моих предательств и подлостей, моих преступлений и наказаний. С их сводов, как из пасти страшных фантастических тварных существ, несущих хаос и запустение, тянутся к моей памяти зловонные капли-ручейки пахнущие бесчестием и омерзительными гнусностями, совершенными когда-то..
Охрана темниц сильна!
Охрана состоящая из рекрутов забвения, гипнотических трансов и бесчувственности, всегда опьяненная вином отрешенности и равнодушия.. моя верная и надежная охрана – она не выпускает этот сонм чудовищ на свет Божий.
До поры.
Пока хозяин, в очередной раз, не нырнет в алкогольный запой..
Тогда, вслед за резвыми горячими белочками, бегут по нейронным связям возникающие от соприкосновения с паутинками забвения синие пьяные огоньки.. разбегаются в разные стороны, к дряхлым, но еще живым паукам-хранителям, сидящим в темных уголках моего разума..
И на свет пробуждается нечто…