«Земля не приняла», – такой вывод делали афонские монахи при взгляде на останки некоторых из своих братьев. По каким приметам они понимали, что одного подвижника «Бог прославил», душа другого требуется особенно рьяных молитв, а третьего придется похоронить повторно?
Предание земле
«Брат наш уже на небесах, а нам здесь мучиться», – так во время похорон часто повторяли афонские иноки. И погребальный обряд, и последующая эксгумация монашеских останков имеют на Святой Горе многочисленные особенности и во многом разнятся с мирскими похоронами. Над телом умершего читают Псалтырь, брата провожают в последний путь целованием, а настоятель произносит разрешительную молитву. Затем обвитое покровом тело не кладут в гроб, а буквально «предают земле», то есть опускают в могилу. Голову умершего аккуратно обкладывают каменными плитками.
Как пишет в книге «Русский Афон. Путеводитель в исторических очерках» М. Талалай, в целях соблюдения санитарных норм и, следуя типикону, (от греч. – «норма, образец») кладбища стараются вынести подальше за черту города. Исключение делают лишь для основателей обителей – их хоронят у стен монастыря. Участок под кладбище выбирают в уединенном месте, куда редко забредают паломники. Вокруг высаживают множество кипарисов, которые считаются на Афоне траурными деревьями.
На могилу ставят крест с табличкой, который после эксгумации останков переносят на свежую могилу. На табличке пишут имя монаха, его звание и годы жизни. При следующем использовании новую запись делают поверх старой или на обороте. Пока тело покоится в земле, усопшего каждый день поминают на проскомидии – в первой части византийской литургии.
В качестве примера похорон М. Талалай приводит описание погребения настоятеля Андреевского скита архимандрита Иосифа в 1908 году. Могилу для него заранее приготовили и освятили, окропили святой водой и усыпали цветами. Тело покойного без гроба опустили в землю, закопали, водрузили большой кипарисовый крест, повесили «неугасимую лампаду». В завершение положили большой венок и тотчас же посадили на могильном холме живые цветы.
Чубук нерастленный
В течение трех лет тело афонского монаха покоится в земле на кладбище. Затем его останки извлекают и переносят в специальную усыпальницу-костницу. Во время эксгумации огромное внимание уделяют цвету костей, в первую очередь черепа. Именно цвет помогает определить, что монашеской душе было уготовано после смерти. Чаще всего кости имеют белый цвет, который означает, что инок прожил жизнь надлежащим образом и его душа спасена. Желтый (восковой) цвет – что почивший был особенно угоден Господу, поэтому на небесах его душа была прославлена. Чем желтей цвет – тем больше святость почившего.
А вот черный (темный) цвет вызывал у иноков тревогу. Он не лишал умершего надежды на Рай, но означал, что отягощенная грехами душа монаха не получила прощения. Темный цвет костей также сигнализировал, что от живущих требуются усиленные молитвы Богородице, которая похлопочет за всех скончавшихся в Ее святом уделе.
Однако самым страшным свидетельством при эксгумации становилась выемка из могилы неразложившегося монашеского тела, которое и спустя 3 года не поддалось естественному тлену. Если в миру «нетленные мощи» считались признаком святости, то на Афоне назывались «чубуком нерастленным». В таких случаях говорили «земля не приняла» и совершали повторное погребение – еще на 3 года.
Перенос останков в костницу
После эксгумации череп и скелет переносили в костницу – специальную усыпальницу, которую также обустраивали за монастырскими стенами. Информацию с табличек на кресте чернилами переписывали на череп, который бережно ставили на полку к тысячам других в одном из залов усыпальницы. Именно для того, чтобы обеспечить максимальную сохранность черепа, во время погребения его и обкладывали каменными плитками. Кости скелета аккуратно складывали на полу зала в общую груду. После перенесения монашеских останков в костницу имя покойного исключали из заупокойных синодиков, делая пометку «срок истек» с указанием числа.
Обычно в костнице было несколько залов. В первом – более просторном – стояли на полках черепа монахов и послушников. Рядом развешивали тяжелые кресты и другие атрибуты послушничества, которыми при жизни пользовались умершие иноки. Во втором зале хранили останки отшельников, паломников, странников и прочих «посторонних лиц», умерших во время пребывания на Святой Горе. Отдельный киот делали для настоятелей обители и тех, кто оказал конкретному монастырю поддержку. Например, в костнице Андреевского скита на Афоне отдельный киот сделан для хранения черепа схимонаха Иннокентия, который завещал обители многомиллионное наследство.