Я сидел возле песочницы и играл с камушками. Солнце так ярко светило мне в глаза, что даже пришлось сильно зажмуриться.
Холодные камни, которые я вырыл в саду, быстро нагрелись. Мне нравилась такая погода: солнечная, теплая.
Будто вот-вот грянет что-то светлое и радостное. Я помню лишь дождь. Дождь и сырую бетонную стену, возле которой меня всегда укладывали спать. Было холодно. От холода мне было тяжело даже вздохнуть. Но я видел её нежные руки, которые укрывали меня грязным рваным пледом. Видел её губы, расплывающиеся в улыбке:
- Сыночек, давай скорее спать. Завтра будет лучше!
- Мам, а когда настанет завтра?- мой голос слегка хрипел,- мне так холодно. Вот бы завтра светило солнце!
Я просыпался, но солнце так и не выглядывало. Я не помню, как я попал сюда. Но я отчетливо помню, что Мама сказала мне в последнюю ночь, когда она меня укладывала:
— Что бы с тобой ни происходило, помни, я тебя люблю! Я буду всегда рядом, если не держа за руку, то уж точно здесь.
И она указала пальцем на место под грудью.
Я открыл глаза. Солнце загородила чья-то длинная и невероятно худая тень.
- Здравствуй, сыночек,- я снова увидел её, дыхание в груди перехватило, и я побежал к ней.
- Мам, мы скоро поедем домой?- спросил я, позабыв о той холодной стене, я лишь хотел ощущать её нежные руки и видеть ту улыбку.
- Конечно, осталось решить пару вопросов, и я тебя обязательно заберу,- прошептала мама и чмокнула меня в щёку.
Я так и не узнал тогда, что у меня было две мамы. Нежные руки и одной и второй были так похожи, что я принял чужую женщину за свою маму. Но разве чужая женщина забрала бы меня? Значит, она вовсе и не чужая, раз смогла моё детское сердце взять в свои руки, которые на всю жизнь остались в моей памяти как самые нежные руки на свете! Позже... много позже я узнал, что меня усыновили. Мои приёмные родители рассказали мне обо всём, когда мне исполнилось 18 лет. И мы вместе пошли на могилу моей родной матери, за которой они все эти годы ухаживали...
