Один бывший монах в Италии рассказал нам следующее:
«Так как мои родители были люди бедные, то я получил мое воспитание в деревенской школе, при которой мой дядя, священник, был директором. Последний гордился тем, что из его школы вышли четыре католических ксёндза и он решил и меня сделать также попом. И когда мне было уже 12 лет, он взял и поместил меня в приготовительную семинарию. Но стоимость моего содержания в ней оказалась слишком дорога для моих родителей; и после трех лет какой-то монах, который постоянно посещал наш дом, посоветовал моим родителям сделать из меня монаха, так как я им ничего больше не буду стоить кроме 60 франков за свою одежду. Как только родители услышали эти слова, то сильно обрадовались и сейчас же сообщили мне, что они решили поместить меня въ монастырь. Но я наотрез отвечал, что не буду ни монахом, ни попом. Услышав эти слова, мой дядя страшно рассердился и отказался видеть меня.
Мое положение сделалось очень трудным. Мысль, что они могли оставить меня без ничего преследовала меня, и ярость моего дяди пугала меня. Монах описывал мне яркими красками мир и радость, который мир не может дать и счастливую жизнь между братьями, которые будут любить меня полной братской любовью. И, к сожалению, он, наконец, убедил меня согласиться идти с ним. Сначала я быль только послушником, но после трех лет я сделался полным монахом, был пострижен и переменил свое имя. Мне отвели маленькую келью, в которую возможно было поместить только кровать, стол и стул. В стене был маленький книжный шкаф, который содержал только одну, в пергаментном переплете, книгу, написанную каким-то иезуитским отцом. Прочитав эту книгу, я чуть было не сошел с ума, так как цель её была—доказать, что спасение души без монашества почти невозможно.
Из мрачной кельи мысли мои улетали к моим любимым горам, покрытым каштанами, к моимъ родителям, братьям и сестрам, любившим меня, к товарищам моего детства, с которыми я провел самые приятные дни своей жизни—и с такими мыслями, закрыв лицо руками, я часто заливался слезами. О! Какая разница между простодушной искренностью тех, которых я оставил и ными суровыми лицами монахов, с которыми я вынужден был проводить всю остальную мою жизнь! Мне было ясно видно, что они друг друга не любили и что цель каждого была причинять вред своему брату—и это до такой степени удивило меня, что я наконец, начал сомневаться, верили ли они в Бога! Через несколько месяцев мне удалось тайно послать письмо своим родителям, в котором я им писал о своих страданиях, умолял ихъ приехать и вырвать меня оттуда. Но они отвечали мне отказом, ссылаясь на свою бедность. В этот мучительный момент, я в раздражении изорвал письмо в куски.
После этого прошло несколько лет ужасных умственных страданий и неукротимых сомнений. Но эти сомнения я был принужден скрывать в своем сердце. Ибо я слышал, как монахи тихо говорили об отце X. который молодым, здоровым и сильным поступил в монастырь, но в один прекрасный день на него пало какое-то подозрение и с тех пор он начал день за днем слабеть от неизвестной болезни и, наконец,скончался; и что доктор, который посещал его, говорил: «Если бы я не желал вашему монастырю всего хорошего, то я сказал бы, что он был отравлен». И я узнал о подземных тюрьмах, которые существуют и до сих пор, куда прежде заключали непослушных попов и монахов. Наконец, после 15 лет томительной монастырской жизни, мне пришел случай тайно увидеться и поговорить с одним Евангельским проповедником, который откровенными глазами смотрел на печальное лицо монаха, раскрывавшего ему свое сердце. Он говорил об убежище для обращенных ксендзов в Риме. В течение еще одного года я тайно переписывался с этим пастором и все время прилежно и беспрестанно искал истину. И, наконец, покинув монастырь, я опять сделался свободным человеком и пошел жить в убежище, откуда мог писать: «я более рад, нежели могу выразить это словами; и благодарю Бога за то, что Он дал мне мир и радость, которых я прежде не знал».
Недавно посещая убежище, я увидел его и говорил с ним, и радостное выражение, лица этого монаха говорило о внутреннем покое.
Дорогие читатели, молитесь и вы, чтобы еще много ксендзов и монахов Римской Церкви могли найти Христа так, как Его нашел этот монах.
(примечание: статья переведена из журнала "Баптист" №3 за 1907 год)