Пронзительный видеоарт от мастера политических провокаций Франсиса Алюса после выставки в Tate Modern привозили в Москву. Его «Патриотические басни», транслирующиеся в режиме нон-стоп.
Церемониальная #площадь. Набат отсчитывает секунды. Алюс бродит вокруг флага. Словно за пастырем, за ним следуют овцы, появляющиеся из ниоткуда. На двенадцатой минуте картина начинает меняться. За овцами, выстроившимися в ровный круг, уже идет Алюс. Этот абсурдный ритуал, экранизированный незадолго после студенческих протестов в Мексике, повторяется бесконечное число раз. Мораль, заложенная в монотонном действе, проявляется не сразу.
Кадры «Патриотических басен» отсылают к событиям августа 1968 года, когда тысячи бюрократов вышли на Сокало в Мехико-сити, чтобы обвинить молодых протестантов в посягательстве на национальные #святыни и призвать власти разогнать манифестацию при помощи вооруженных сил. Они блеяли, как огромное стадо овец, — говорил Алюс, встревоженный чредой репрессий. Его воспоминания легли в основу сюжета. Овцы, окружившие #флаг, олицетворяют ситуацию безысходности, в которой однажды оказалось государство.
Финал не внушает оптимизма. Впрочем, трагические повороты сюжета характерны для творчества Алюса. В его социальном мифе Paradox of Praxis герой катит ледяную глыбу по улицам Мехико, прилагая титанические усилия. К концу пути лед тает. Глыба превращается в кубик, который можно пнуть ногой. Словно в мифе о Сизифе, призрачная цель оказывается недостижимой. Такими же бессмысленными, как труды героя «Парадокса», оказываются призывы манифестантов.
Алюс балансирует на грани героического эпоса и жесткой социальной сатиры. Его работы драматичны, но иррациональны. Невозможно предотвратить события, которые привели к созданию Зеленой линии, разбрызгивая зеленые краски вдоль границы между Израилем и арабскими странами. Или устранить последствия репрессий 1960-х, коснувшихся мексиканских студентов, пригнав на Церемониальную площадь стадо овец. Но Алюс предпринимает попытки повернуть время вспять, прибегая к аллегориям. Он понимает, что все они будут тщетными, однако не отказывается от задуманного. Похоже, дело Сизифа набирает обороты: у героя Камю явно появился последователь — #художник миротворец, неравнодушный к бестолковым политическим конфликтам.