Я настолько сильно к тебе привык, что уже ничего не представляю без тебя. Привык так бездумно, будто ты мой старенький свитер, который я ношу уже вот лет семь или парфюм, которым пользуюсь ещё больше. Я знаю тебя вот уже целую вечность, и могу читать тебя по губам и твоим жестам, понимая, чего ты сейчас хочешь. На твоей спине ровно сто тридцать семь родинок, как нескончаемые созвездия нашей галактики, и я знаю каждую из них. Наверное, если мы когда нибудь потеряемся, я буду помнить тебя, как январский мороз в самый жаркий июльский день, я буду искать тебя в расписании всех электричек и поездов, на всех электронных табло аэропортов, я буду слагать даты, места и время, разгадывая шифры и ребусы, и быть уверенным, что все равно тебя найду. Я буду писать письма в неизвестном направлении, приклеивать на них самые редкие и старые марки и ждать от тебя новостей. Я привык к тебе, точно так же, как к московским пробкам, в которых день изо дня стоят трамваи и такси, как слепой, который совершенн