Уже несколько лет подряд я хотел написать заметку с заглавием "Целомудренное творчество Егора Летова". Но пока я собирался это сделать, музыкальный журналист Максим Семеляк стал автором книги о лидере Гражданской обороны и посвятил целую главу теме, которую я хотел поднять.
Причем сделал это отлично, почти отразив и мои мысли.
Егор Летов - самый панковский панк в русском роке. По мнению обывателей алкоголик и любитель разных других субстанций. Но вот тему секса и вообще межполовых отношений обходил в своём творчестве радикально. Ни в ироническом, ни в романтическом, ни в каком ключе она у него не отображается.
Семеляк пишет, что в начале 1990-х с разрушением всякой цензуры такая панк-группа как Чудо-юдо, к примеру надувала на концертах презервативы. А вот Летов хоть и в интервью любил вспоминать завезенную с Запада триаду "секс, драгс и рок-н-ролл", как раз первое отсек бритвой Оккама.
По воспоминаниям некоторых людей, Игорь Федорович (наст. имя лидера ГО) с первого взгляда вообще воспринимался как некое бесполое существо не от мира сего. И Летова это особо не напрягало.
Мне на ум приходит только одна строчка из Егора Летова с каким-то сексуальным подтекстом:
<...> Раскалёнными хуями
И голодными влагалищами.
Это из песни "Вечная весна". Но, учитывая общий контекст песни, воспринимается она как что-то к чему автор испытывает отвращение. Напомню, что песня посвящена тому как хорошо было не рождаться и перечисляются вещи, которые человек встречает в жизни:
Под столетними сугробами библейских анекдотов
Похотливых православных
И прожорливых католиков
Покинутых окопов
И горящих муравейников
Вечная весна в одиночной камере
Любовь у Летова, скорее, вселенская и большая:
Вселенская большая любовь -
Моя бездонная копилка в пустоте.
Хотя, если уметь слышать и видеть, то в творчестве Игоря Федоровича можно легко найти песни, посвященные, к примеру, Янке Дягилевой. Вот они уж точно пропитаны тоской и любовью к дорогому человеку. Например, психоделическое полотно "Офелия".
В 1990-м году Янка Дягилева утонула в реке Иня при невыясненных обстоятельствах.
Далёкая Офелия плыла на восток,
Чудесный плен, гранитный восторг.
Лимонная тропинка в апельсиновый лес.
Невидимый лифт на запредельный этаж.
Янке посвящена песня "Мишутка" (ещё при жизни). Она любила мягкие игрушки:
Плюшевый мишутка
Шёл по лесу, шишки собирал.
Сразу терял всё что находил...
Однако в целом, как и подытоживает в своей книге Максим Семеляк - творчество ГО - это поэма "Не про это".
Летов, конечно, не стеснялся темы межполовых отношений. Например, на одном из изданий его альбома для пущего эпатажа были помещены фотографии из секс-шопа. Возможно, в его картине глобальных идей эта тема была слишком мелка, чтобы заострять на ней внимание.
Ненавистная любовь
Облепила ладони, застряла на зубах
Слизью на губах зацвела
Слизью на губах — ненавистная любовь
Пузыристой слизью
Ненавистная любовь запеклась на губах
Спелой слизью — светлой корочкой
Стылой коростой
Пузыристая слизь
Ненавистная любовь
Побрела по губам
По землистым умам
По щекам по подбородкам
Пошла на удобрение
(Егор Летов, 1991)
До Китая пешком рукой подать
Три ручья зазвенели в три рубля
Я такой же, как дым - стою столбом,
Где федорино горе в городах
Пляшут рыбы, любуясь на людей,
И заплакали блюдца - не лучше ль вернуться?
Почему зачем для чего для кого
Недобитый фонарь летит под лед
Так уводят коней за край земли
Эта песня про пыльную полынь
Эта песня про вольную войну
Над Уралом, над золотом, золой -
Черный ворон и белая ворона
Эта песня про голос и гололед
Эта песня про черную любовь
Приходи ночевать
Остынет день
Бестолковый огонь оставит дом
Приходи ночевать...
(Янка Дягилева, 1991)