Однажды я проснулся свободным. Самый последний день лета заглядывал в окно, щебетали птицы, на постели мурлыкала кошка, сыто гудел холодильник. Странно, ещё вчера я не слышал свой холодильник. Бытовой шум проскальзывает мимо нас, вплетая свои мелодии в наши жизни, придавая оттенки настроений, внезапные их смены, какие-то странные тревоги и что-то вовсе неуловимое. И мы живём с этим невидимым грузом, мучая себя вопросами, которых бы вовсе не было, умей мы слышать чуть больше, и понимая услышанное.
Я был свободен. Кровь бежала по венам быстрее вчерашнего. Не тянулась вязко печалью и грустью, которые я на автомате научился прятать за смехом и шутками, а именно бежала, неслась, летела, мчалась скорым экспрессом новых ощущений, новых уровней, новых возможностей.
Лето смотрело на меня и наливалось последним тёплым светом августовского Светила, приглашая разделить с ним это тепло, насладиться каждым мгновением, пропитаться радостью и прослушать персональный концерт, готовых покинуть наши широты пернатых певцов.
Для всего остального будет осень. Но не сегодня. Сегодня на календаре 31 августа, а значит, ещё несколько часов остаётся для всего, что не успел. А тут свобода, внезапная.
Стоило прислушаться к себе, могло же и показаться, заноза старой любви могла пренебречь обязанностью каждое утро терзать меня. Но сколько бы я не исследовал свои потайные карманы и закоулки разума, в которых хранил твой образ, этого самого образа я не находил.
Чтобы забыть тебя, понадобилось несколько жизней, и я их все прожил.
Сначала, как всякий освобождённый, я почувствовал испуг, привычные раны понятны, их боль становится частью самой жизни, а что делать сейчас. Попробовал вспомнить твой смех и не смог. Нет-нет, я слышал в себе его, вибрации вот только не узнавал, как если бы услышал смех вовсе мне незнакомой девушки. Попробовал вспомнить жесты и потерпел полное фиаско. Какие-то обрывки, так иногда в моём далёком детстве мельтешили кадры фильма из-за порвавшейся плёнки. Киномеханик быстро устранял проблему и вновь по дороге в смешной шапке шёл куда-то Бродяга. Радж Капур почему-то смешивается в моей памяти с Чарли Чаплином, но тут уж ничего не поделаешь, плёнка рвётся не только в сельском киноклубе.
Я совершенно забыл тебя, и ты исчезла, а вместе с тобой исчезла боль. Долгий плен закончился. Лето сделало шикарный подарок, и я им решил воспользоваться. Кофе на заливе, прогулка вдоль берега, велопрогулка по сосновому лесу, созерцание вечернего костра. Простые радости, мимо которых прошёл по улицам самого красивого из городов и на которые не хватило летних дней.
Кошка потянулась, солнце подмигнуло, синица вспорхнула с перил балкона, холодильник замолчал, а я улыбнулся улыбкой свободного человека. Надо бы запомнить этот день. Надо бы запомнить.