Найти тему
Вита Алекс

Внутри меня живёт ненасытная жаба

Оглавление

Продолжение рассказа "Магия по черному"

Начало тут

Предыдущая глава здесь

Глава 31.

Нике сравнение понравилось — искал, значит, по образу и подобию...

- Мне тоже кажется, что я толстая! - засмеялась Ника.

- Значит, этот чай, который мы пили вместе с Анжелкой, не мог вызвать ничего такого...

- Мог! – улыбнулся Ромка.

- Что?

- Диарею, то есть понос. В его состав входит слабительное средство.

- Точно! – обрадовалась девушка. – Стас жаловался именно на это.

- Кто такой Стас?

- Анжелкин массажист из салона, тоже переживает за нее. Слушай, Самарцев, а если наша Одинцова на самом деле наркоманка? А чтобы ей одной было нескучно, она и меня попыталась подсадить на это зелье. Должна тебе признаться, что летать – такое удовольствие. Как ты думаешь, может такое быть?

- Все может быть, но давай решать проблемы по их очередности. Сейчас поезжай к нашей подруге и возьми мазь для анализа.

- Хорошо, - Ника встала. – Лишь бы его не было дома.

- Ее мужа, этого, как его, Вадима? – уточнил Ромка.

- Да, его. Он контролирует каждое ее движение и, мне кажется, не в восторге от моих визитов.

- А как он тебе, что за человек?

Ника пожала плечами:

- Хорош собой, и Анжелку вроде любит, но что-то в нем не так... А что – не пойму. У меня к нему какая-то интуитивная неприязнь. Может, дело в его мании величия. Не успел на Анжелке жениться, а уже вошел во вкус – ощутил себя полноправным хозяином и в бизнесе, и дома.

Самарцев почесал затылок:

- Все так запутано, и не знаешь, с какой стороны к делу подступиться... А это восковое изваяние... Оно не могло стать причиной Анжелкиных недомоганий? Ведь говорят, что черная магия существует...

- Два специалиста в этой области – и Ольга Павловна, и баба Серафима – утверждали, что на Одинцовой порчи нет.

- Ясно... что ничего не ясно. Вези мазь, а потом подумаем.

Через полчаса Вероника нажала на пимпочку звонка Анжелкиной квартиры в жилом комплексе с теперь уже очень символичным названием «Триада», но за дверью было тихо.

«Ну, давай же, открывай!» – мысленно просила подругу Вероника, но тщетно – никто в квартире не подавал признаков жизни.

В отчаянии Мухина нажимала на кнопку еще и еще и – о чудо! - ей показалось, что звонку удалось прогнать мертвую тишину, и в коридоре послышалось сначала шарканье, а потом лязг замка и, наконец, дверь открылась. На пороге стояло худое лохматое существо женского пола в том же, что и в прошлый раз, халате. Теперь он был непонятного от грязи цвета, весь замусоленный и в пятнах.

- Анжела, это я – Ника. Можно войти?

Несколько минут Одинцова непонимающе смотрела опухшими глазами, пока, наконец, до нее дошел смысл сказанного и происходящего.

- А-а-а, это ты? Входи. Я спала. Какой сегодня день?

- Среда, пятнадцатое число.

- А месяц – июнь?

Вероника в ужасе отпрянула от подруги.

- Август, пятнадцатое августа.

- Уже август? – равнодушно переспросила Одинцова и добавила: Впрочем, мне все равно.

- Как твое самочувствие, на шабаш летаешь? – щупала ситуацию Вероника.

- Нет, уже не летаю, здоровья нет. Эта жаба высосала из меня все соки – хочет съесть меня изнутри.

- Какая жаба? – со страхом спросила Мухина.

- Черная такая, которая живет у меня в животе.

-2

- Ты ее видела?

- Нет, не видела, она не вылезает.

- А почему ты решила, что внутри тебя сидит жаба?

- Так она мне сама сказала.

- Жаба сказала?

- Да. Она любит со мной разговаривать и любит пить кровь... А если я ей ее не даю, она из живота поднимается выше – в грудь, ложится на сердце и тогда оно останавливается. А сегодня она легла на легкие и я чуть не задохнулась...

Анжела явно бредила, и Нике от ужаса хотелось бежать вон из этой квартиры, от этой безумной страшной женщины, которая еще недавно была в здравом уме и твердой памяти.

- Анжела, что с тобой? – в отчаянии воскликнула Ника, но та не замечала вокруг себя ничего, а была полностью поглощена своими внутренними ощущениями.

Внезапно она начала тяжело дышать, взялась рукой за сердце и прошептала:

- Слышишь? Она снова требует крови. Сейчас она ее получит!

В одно мгновение Одинцова схватила с тумбочки нож и полоснула им себе по руке. Из раны брызнула кровь, которую «членовредительница» стала слизывать со словами»:

- Подавись, ненасытная тварь!

Зрелище было настолько мерзким и отвратительным, что Веронику чуть не стошнило. Она закрыла глаза и отвернулась.

-3

Когда, спустя несколько минут все затихло, Мухина увидела, что лежащая на диване Анжелка не подает признаков жизни. Вероника подскочила к подруге, чтобы пощупать пульс и только сейчас заметила, что вся рука исполосована ножом – наверное, воображаемая жаба слишком часто требовала крови.

Вероника нашла на полу пояс от халата и забинтовала руку подруги, которая висла, словно плеть. Что у неё с сердечными сокращениями? О боже! - у Одинцовой пульс не прощупывался! Ника припала ухом к груди подруги, но сердце не билось! Она умерла? Нужно срочно вызвать скорую! Где телефон? Руки тряслись и не попадали на цифры. Наконец, там взяли трубку, и женский голос сказал: «Скорая помощь».

- Срочно! – завопила сквозь слезы Вероника. - Умер человек! Помогите!

- Не волнуйтесь, говорите адрес. Какая улица?

Мухина чуть не потеряла сознание – адрес она назвать не могла. Как доехать – знала, а название улицы и номер дома – не обращала внимания.

Вдруг труп на диване пошевелился. Ника бросила трубку и подбежала к дивану. Анжела открыла глаза и улыбнулась:

- Видишь, напилась кровушки, зараза, и отлегла от сердца! Что я говорила?

- Так ты жива? – запричитала Вероника. – До чего ты себя довела этими наркотиками?

- Какими наркотиками? Ты в своем уме, я никогда их не употребляла, - трезвомысляще заявила Одинцова.

- Ты хочешь сказать, что не пьешь никаких таблеток? – допытывалась Мухина.

- Конечно, нет. Ты же знаешь, как я отношусь к лекарствам. Сколько я их выпила, пока сидела в инвалидной коляске!

- А что ты пьешь?

- Чай пью.

- Это я уже знаю. А мазью мажешься? Вадим тебя мазью мажет?

- Нет, она кончилась.

- Что?! А банка где?

- Тебе нужна банка? Я тебе другую дам.

- Та банка где?

- Не знаю, наверное, выбросили. Да и мазь была плохая.

- А мне, когда я тебя мазала, показалось, что хорошая.

- У тебя на нее аллергии не было? – удивилась Одинцова. У Вадима была. Он не мог к ней голыми руками прикасаться.

- Да ты что! И как он тебя ею мазал?

- В резиновых перчатках.

- Вот это новость! А почему ты раньше молчала?

- О чем молчала? Все, я устала… хочу спать…

Если получаете удовольствие от чтения моих произведений, покажите мне палец вверх. И не забудьте подписаться, чтобы не потерять. Активность читателей важна для разных алгоритмов канала, а для меня будет знаком мотивации - ждёте.

Рассказ написан и опубликован 03.09.2021 года на моем канале "Вита Алекс" на платформе Яндекс Дзен.

© Александровская В.А., 2021

Продолжение

Предыдущий рассказ "Призрачный букет" можно прочитать здесь