Смородина завидовала муравью. Она целыми днями неподвижно висела на ветке, а он проворно бегал туда-сюда. У него-то, думала смородина, не жизнь, а сплошное веселье, тогда как она от скуки готова была рыдать горькими слезами.
— Куда опять спешишь? — отважилась смородина однажды заговорить с трудягой.
— Жилище строим! — остановился муравей, вытер лапкой лоб и продолжил маршировать стоя. — Дел много! Некогда с тобой болтать!
Протараторил и убежал восвояси. Смородина фыркнула: «Ишь, какой занятой! И ещё и гордится этим!»
В следующий раз, когда муравей пробегал мимо смородины, она снова его окликнула:
— Муравей, а муравей! Ты хоть отдыхаешь когда-нибудь?
Муравей остановился, отдышался.
— Вся моя жизнь — это труд. Это ты отдыхаешь целыми днями!
И опять муравей убежал по делам. Смородина ещё больше рассердилась.
Она дождалась, когда муравей снова появится, и встретила его с упрёком:
— Ты считаешь себя лучше меня!
Муравей перевёл дух и говорит:
— Тебе везёт — ты отдыхаешь дни напролёт, спишь, сколько и когда хочешь, любуешься на мир! А я всю жизнь бегаю и даже не мечтаю об отдыхе!
Смородина не поверила ему и предложила поменяться местами.
— Мы оба маленькие и чёрные! И не отличишь нас друг от друга! Запрыгивай на ветку вместо меня, а я вниз полечу!
Муравей кивнул и влез на ветку. Довольная же смородина упала на землю.
Муравей сидит-сидит на ветке неподвижно и начинает жаловаться:
— Что-то скучно тут у вас! Всё рассмотрел, отдохнул, поспал! Что бы поделать?
А смородина катилась-катилась и устала так, что с места сдвинуться не может.
— Ох, ну и поработала я так, как никогда! Устала! Теперь всю оставшуюся жизнь только и буду отдыхать и спать!
Вернулись они на места и с тех пор больше не жаловались на свою долю.