9
Поступившее на телефон сообщение от сестры для Глеба, естественно, стало полной неожиданностью. Как и для всего штаба проведения поисковой операции. Номер телефона, естественно, был сразу же отслежен группой компьютерного мониторинга. Действительно абонент в данный момент находился в жилом доме недалеко от станции метро Первомайская. Адрес был установлен довольно точно. На месте спецы должны определить и конкретную квартиру.
Но через двадцать минут в штабе проведения операции собралось совещание. Глеб и Владимир участвовали в его работе дистанционно в режиме скайп-конференции, находясь при этом в своем гостиничном номере. Ведь вопрос стоял о том, как себя вести далее. Естественно главная и первоочередная задача – освобождение заложницы, но не менее важная оперативная задача, выявить, вычислить и по возможности захватить всю преступную сеть вплоть до заказчика. В любом случае начать свою контригру с целью выявить и надолго пресечь интерес противника к данному вопросу в целом и к таким акциям в частности. Именно так ставил вопрос генерал Аксенов.
Понятное дело, что Глеб сам рвался прямо сейчас ехать в Москву и освободить сестру. Но ему логично объяснили, что он является ключевой фигурой операции и его присутствие необходимо здесь в Твери. Да и освобождать Александру Петровну можно только после того, как похитители, по требованию самого Глеба, выйдут на личную встречу с ним и организуют ему разговор с заложницей. Здесь откроется оперативный простор для ведения различных мероприятий в рамках начинаемой контригры. А в Москве квартира с охраняемой заложницей будет взята под наблюдение в ближайшие минуты силами Главного управления ФСБ России. Причем московские товарищи обещают контролировать обстановку не только снаружи, но и, по возможности, внутри квартиры. Группа захвата будет дежурить прямо рядом в полной боевой готовности на случай не предвиденного обострения обстановки на объекте и ждать команды на захват из штаба операции. Но Глеба было трудно остановить, даже обладая генеральским авторитетом. После долгого обсуждения, переговоров и откровенного препирательства он все-таки добился, что сразу после встречи с неизвестным визави со стороны похитителей, быстро переместится в Москву и примет участие в операции по освобождению сестры. Каким-то шестым чувством он, необъяснимо даже для себя, он ощущал, что должен быть там, и помочь Санечке. Он нужен ей именно там…
Звонок на оставленный в баре мобильник поступил на следующий день в десять утра. Тот же вежливый голос, поздоровавшись, предложил провести личную встречу для предметного разговора на территории заброшенного строительного комбината в пригороде Твери через час после этого звонка. Приехать на улицу с необычным названием, Борихино Поле, Глеб должен один, на такси. Координаты GPS для навигатора водителя машины уже сброшены на этот смартфон.
- У Вас есть ещё вопросы? – поинтересовались с той стороны телефонной линии.
- Я никуда не поеду, пока не услышу голос моей сестры, - стараясь быть спокойным, выговорил Глеб, хотя в душе у него клокотала холодная, белая ярость.
- Мы предполагали, что услышим такое мнение. Что ж! Мне поручено сказать Вам, что поговорить по телефону с Вашей сестрой Вы сможете прямо на месте встречи, непосредственно перед началом разговора. И, по моему, не Вам сейчас ставить условия! – голос собеседника на последней фразе немного похолодел.
После недолгой паузы Глеб «был вынужден» согласиться на встречу.
10
Сразу после этого разговора в штабе операции предположили, что освобождение девушки должно произойти сразу после «организованного» разговора Глеба с ней. Далее заложница может стать не нужна Заказчику, как нежелательный свидетель. С другой стороны, если вербовка Глеба рассчитывалась на постоянную долговременную работу, то логично, что девушку надо будет отпустить, а исполнителей ликвидировать. Тем более, что еще утром из Москвы поступила ориентировка, что под кличкой Барин в Москве проходит криминальный авторитет средней руки, который к делам такого характера никогда близко не приближался. Значит, его используют «в темную». По фотографии, сделанной вчера вечером службой наружного наблюдения на улице, когда один из похитителей, удерживающих девушку в заточении, отправился в соседний магазин за продуктами, был опознан некто Мезенцев Игорь Васильевич по кличке «Дрон», один из боевиков криминальной группировки именно Барина. Уже точно установлено, в какой именно квартире содержат заложницу. И, как и планировалось, группа захвата в полной боевой готовности находится в соседнем дворе в условиях строжайшей секретности. Прослушивание происходящего в квартире, проходившее в постоянном режиме с помощью дистанционного лазерного микрофона, позволило установить личность второго бандита. Это был некто «Молчун», постоянный партнер Дрона по всем поручениям Барина. Никакого общения бандитов с заложницей за последние пять часов, с момента начала наблюдения и прослушивания квартиры обнаружено не было. Поэтому определить, в какой из комнат содержат Александру, пока оперативники не могли. Строительный план квартиры уже давно лежал на откидном столике в салоне темно-серого микроавтобуса «Мерседес» группы немедленного реагирования московского управления ФСБ, который был припаркован с другой стороны двора и использовался сейчас как штабная машина. Командовал операцией опытный оперативник, полковник Ковальчук. Все подготовительные операции уже были проведены, люди расставлены по постам. Два снайпера заняли высотные позиции и держали на прицеле весь двор и окна квартиры с разных сторон. Телефоны обоих бандитов уже несколько часов стояли на прослушке. Но в квартире, судя по анализу радиомагнитных излучений, был еще один телефон. Номер его был пока неизвестен. Но именно он служил, видимо, для связи с заказчиком. По предположениям оперативников, основанных на опыте проведения подобных операций и анализе расположения помещений в квартире, заложница должна находиться в дальней от входа спальне, окно которой выходит на противоположную сторону дома. Это подтверждали показания тепловизора. Что внутри этой комнаты, снаружи не просматривалось, так как окно было плотно закрыто шторами. Прослушка окна тоже пока ничего не дала. Да и шторы были для звука серьезной преградой. Ближе ко времени ужина во двор заехала маленький пикапчик, весь борт которой украшала рекламная надпись, из которой сразу становилось понятным, что это доставка пиццы. Молодой паренек, шустро выскочив из малолитражки, вытащил из салона три белых упаковки своего разрекламированного на борту продукта, затрусил именно к наблюдаемому подъезду. Ковальчук сразу объявил всем по рации повышенное внимание. И не зря. Доставка была именно в «нужную» квартиру. Через десять минут, видимо потребовавшихся, чтобы вскипятить чайник, один из бандитов, отнес еду и напиток, как раз в ту самую, дальнюю спальню. Там слабо на фоне посторонних шумов, но все-таки удалось услышать мелодичный женский голос. Видимо узницу водили в ванную комнату. Полковник доложил в центр о полной готовности к операции по освобождению заложницы. Через десять минут обратно поступило сообщение, что в оперативных целях начинать операцию необходимо только строго по команде из штаба в Твери. А пока надо ждать и вести подробное наблюдение. Особо при этом была выделена задача выявления любого постороннего интереса к данной квартире. Ждать Ковальчук умел, но страсть как не любил. Но, будучи военным человеком, дисциплину соблюдал строго. Раздав соответствующие команды подчиненным, он, уютнее расположившись в кресле, приготовился к долгому ожиданию. Около девяти утра во двор вошла женщина средних с неброской внешностью и медленным шагом направилась как раз к этому же подъезду. Одета она была в серый плащ. Её голову венчала обычная для этого сезона одноцветная с плащом симпатичная шапочка. В руках она держала небольшую дамскую сумочку и объёмный пакет, видимо, с продуктами. С начала на эту особу наблюдатели не обратили никакого внимания, приняв её за одну из местных жительниц. Оперативной команде повезло, что скрытые камеры видеонаблюдения были расставлены не только у входа в саму квартиру, но и на два этажа вниз и на один, последний, вверх. Только войдя в подъезд, неприметная женщина резко преобразилась, в мгновение став быстрой фурией, которая с грацией пантеры передвигаясь по лестничным маршам и попутно профессионально осматривая все мелкие детали, стала подниматься к наблюдаемой квартире. Она постоянно, на каждой площадке, выглядывала в окна подъезда, внимательно осматривая двор, и бесшумно двигалась вверх, все приближаясь к бандитской квартире. Полковник Ковальчук уже собирался вызвать группу захвата, когда увидел, как этот «ураган» донесся до дверей квартиры и замер, с особым вниманием осматривая дверь и замки. Это продолжалось еще с минуту, затем незнакомка продолжила свой путь выше с такой же небывалой скоростью и необыкновенной грацией. Такая походка и способность к передвижению с небывалой скоростью выдавала в этой неприметной женщине бойца очень высокого класса. Тем временем на последнем этаже она подошла к лестнице, ведущей на чердак, и стала тихонько подниматься туда. На чердаке был оборудован пост наблюдения, на котором сейчас дежурил снайпер, молоденький лейтенант Цепелев, недавний выпускник академии. Это было его практически первое задание «в поле». Предупрежденный по рации Ковальчуком, Вадим поспешил забиться в самый темный угол пыльного и грязного чердака, спрятавшись за кучей какого-то бытового мусора и старой мебели. Для наблюдения он оставил небольшую щелочку между старым чемоданом и такой же старой кухонной полкой, неизвестно кем выкинутой сюда. При этом он старался не шуметь, да что там, даже почти не дышать.
Через буквально пару минут по чердаку в направлении спуска в другой подъезд совершенно бесшумно проскользнула почти невидимая тень. Подробно изучив спуск, женщина спустилась вниз и исчезла из виду Вадима. Он лежал еще долгие пять минут, боясь пошевелиться. Затем в наушнике он услышал, что, наблюдаемый объект, воспользовавшись соседним подъездом, покинула дом. Мгновенно перескочив обратно в образ неприметной женщины, она неспешным шагом покинула двор. За ней, по команде руководителя операции, проследили трое оперативников, находящихся на улице с разных сторон. Кроме того, у группы захвата был с собой штатный дрон, которого, по приказу полковника, сразу же запустили. Теперь слежку за подошедшей к стоящему за углом в переулке автомобилю BMWдамой, вело это летающее устройство. Ковальчук, впечатленный кошачьей грацией женщины, дал этому объекту оперативное наименование «Багира». Он велел продолжать наблюдение за ней с помощью летающего помощника, а сам связался со штабом проведения операции. Появление такого специалиста у квартиры с заложницей вызвало небывалый интерес у аналитической группы и руководителей операции. Естественно всем было понятно, что на кадрах, снятых скрытыми камерами, они видели подготовку к выполнению заказа высококлассного киллера. Значит, сразу после выполнения своих функций, эти исполнители подлежали зачистке. Как поступят при этом с девушкой, на данный момент было не понятно. И это серьезно настораживало.