Роковую роль в судьбе Клеопатры и Антония сыграл иудейский царь Ирод, тот самый, что спустя несколько десятилетий, согласно Евангелию от Матфея, учинит избиение младенцев.
Но тогда он был еще молод, полон сил и даже способен влюбляться. Он долго и пылко добивался руки прекрасной Мариамны… чтобы через несколько лет отдать приказ о казни любимой жены на основании пустых подозрений. На троне он удержался в те бурные времена благодаря Антонию, а какое-то время ему, спасшемуся бегством, пришлось поселиться в Александрии. Клеопатра предоставила ему приют. Что не помешало Ироду распускать слухи, утверждая, что Клеопатра пыталась его соблазнить. И конечно же она действовала так, намереваясь вскоре отравить его и присоединить Иудею к своим землям.
Однако ему не удалось поссорить Клеопатру с Антонием. Не удалось и ей лишить Ирода покровительства Рима. А во время визита Клеопатры во владения Ирода — это было, когда она возвращалась из похода против парфян перед рождением младшего сына, — по свидетельству Иосифа Флавия, противостояние обострилось настолько, что Ирод начал готовить убийство египетской царицы. Иосиф Флавий пишет, что от этой затеи иудейского царя отговорили друзья, объяснив, что царству, может, и будет от того польза, но Антоний "не снесет этого спокойно… "При этом Ирод не будет в состоянии привести какое-либо достаточное основание того, что он рискнул поднять руку на женщину, обладавшую величайшим значением своей эпохи".
Ирод послушался благоразумных советников, состоялись переговоры, в центре которых был спор, кому принадлежит Иерихон. Клеопатра согласилась, чтобы Ирод управлял Иерихоном и его окрестностями, потребовав за это 200 талантов ежегодно. Ирод согласился и оказал Клеопатре достойные почести — преподнес богатые дары, лично в сопровождении пышной свиты проводил до границы своего царства. О замысле покушения Клеопатра конечно же вскоре узнала. "Крохотный двор Ирода показал Клеопатре ее собственное отражение в зеркале действительности. Когда Клеопатра расставалась в Пелузии с Иродом, она, несмотря на улыбки и заверения в искренней дружбе, никак не могла отделаться от чувства, что имеет дело с опаснейшим врагом", — пишет Пьер Декс.
И она не ошиблась. Порочащие слухи были не самой большой бедой, которую Ирод причинил Клеопатре. По географическому расположению стран он был естественным союзником Египта. Если бы в решающей схватке войска Антония и Ирода объединились бы, то в условиях ближневосточной пустыни Октавиан вряд ли смог бы их одолеть. "Но никому на свете беды Клеопатры не доставляли столько удовольствия, — замечает Декс. — Она сама отдала Ироду все козыри, отпустив его из Акция, и он постарался как можно скорее примириться с Октавианом".
Ступив на берег Родоса, где находился Октавиан, иудейский царь проявил себя актером высшего класса. Еще на корабле он переоделся в простую одежду, достойную разве что бедного рыбака, а не царя. И даже царскую диадему снял, прежде чем сойти на берег. А представ перед Октавианом, он принялся разыгрывать роль бесхитростного, прямого и честного человека, которым тот, кто добился престола, одолев множество интриганов и злоумышленников (путь Ирода на трон был еще более тернист, чем путь Клеопатры) по определению не мог быть.
Ирод признался, что он до недавнего времени был безгранично предан Антонию и никогда по своей воле эту дружбу не разрушил бы. Он пояснил, что, по его представлению, друзья должны жертвовать друг ради друга "душою, и телом, и самим естеством". Он и сейчас был бы рядом с Антонием, но Клеопатра настроила автократора против него, Ирода. Она же втравила иудейского царя в войну с набатеями. И вот из-за проклятой египтянки Ирод был вынужден бросить своего старого друга. Причем сколько раз он, Ирод, предупреждал Антония, что отношения с этой женщиной приведут его к печальному финалу…
Все это было произнесено с приличествующим случаю пафосом. И с не менее важным видом слушал Ирода Октавиан. А потом будущий Август изрек, что благодарен Клеопатре, ведь из-за нее у него теперь есть такой замечательный союзник. По логике вещей тут у самого Ирода должна была проснуться благодарность — если бы не страх римлян перед Египтом и его правительницей, никогда Ирод не получил бы корону и не усидел бы на престоле. Но нет, два великих интригана друг друга прекрасно поняли. Октавиан лично надел на голову Ирода диадему, подтвердил его статус и отправил его обратно с римскими подкреплениями. Ирод постарался доверие оправдать. Он не пропустил через свою территорию даже те небольшие отряды, которые Клеопатре, отчаянно изыскивающей силы, удалось набрать.