Надя сквозь шум воды из душа услышала звук дверного звонка. У Жени и у Любани есть ключи, а остальные, если надо подождут. Выходя из ванной, она с раздражением поняла, что звонок продолжает требовательно надрываться.
- Привет, курица, - Ангелина решительно шагнула в квартиру.
Надя, не отвечая на наглость, молча, попыталась вытолкать её за порог. Это оказалось непросто.
- Зря толкаешься. Я ведь могу и кричать, давай лучше поговорим.
Ангелина, воспользовавшись слабостью Нади, просочилась в прихожую и захлопнула дверь.
- Что надо? – наконец спросила Надя.
- Как что? – искренне возмутилась Ангелина. – То, что я оставила у тебя!
- Лиза у своего отца. Зачем ко мне припёрлась?
- У отца? Ха-ха! В Израиле что ли?
- К Алексею обращайся! Пошла вон, гадина! Или я сейчас полицию вызову!
- А зачем нам полиция? – ехидно спросила Ангелина, - самой-то слабо справиться со мной?
Надя схватила Ангелину, собрав всю силу свою, стала выталкивать её, одной рукой пытаясь открыть дверь.
Ангелина упиралась, но при этом успевала говорить: «Успокойся, не трогай меня, я сама уйду… у меня условие… или я такой шум подниму… зачем вам это… послушай…». Наде удалось открыть дверь и теперь все силы были положены на то чтобы спустить Ангелину с лестницы, о чём Надя раньше так мечтала. Ангелина увернулась из рук Нади и снова прижалась к стене в прихожей.
- Да послушай ты, - отрывая руки Нади от себя, сказала она, - тебе будет интересно…
Продолжать шумную возню при открытой двери было стыдно, учитывая бдительность соседки. Пусть говорит, решила Надя.
- Лизу я оставила у тебя на время, в очень трудный период моей жизни, и со здоровьем в тот момент у меня были проблемы. У меня и справка найдётся. Я её оставила у тебя, потому что уверена была, что она будет в безопасности. Я ТАК позаботилась о ней. Тебе это понятно? А сейчас, когда я справилась со всеми трудностями, я пришла за ребёнком. Вот такая версия будет в суде. Передай Лёшке, что я легко докажу, что он не имеет права на ребёнка. Он это знает. К нему я не пойду, я Лизу оставила у тебя, вот мне её и верни. Но есть альтернатива… двести тысяч… - увидев, как у Нади округлились глаза и она задрожала от негодования, Ангелина успокоила её: -… рублей, не бойся не долларов и не евро, двести тысяч рублей и вы меня не увидите больше.
Ангелина даже не поняла, что всплеск злобы накрыл Надю не из-за суммы выкупа, а из-за самого факта продажи дочери. Надя схватила Ангелину и уже не думая о соседях вытолкала её на площадку, а там и осуществилась её мечта: Ангелина полетела с лестницы. Мимолётом Надю накрыл страх: как бы Ангелина осталась жива, падая с лестницы. Сколько случаев таких… Ангелина кувырком скатилась со ступенек и упёрлась в ноги Жени: он как раз поднимался по лестнице, возвращаясь домой с работы.
- Девушка, осторожней, что ж вы так… - Женя стал поднимать Ангелину.
- Срок до следующей пятницы, - прошипела Ангелина, ткнув пальцем с длинным ногтем в сторону Ангелины. Оттолкнула Женю: «отпусти, козёл» и ушла, хромая.
Женя завёл Надю в квартиру и стал успокоил её, прижимая к себе и поглаживая по голове.
- Алексей и Любаня пусть решают, что делать, - сказал Женя, выслушав Надю. – А деньги можем взять с нашей квартиры… - добавил он, имея ввиду накопления на покупку квартиры, которые сложились от продажи квартиры Жени и ежемесячных откладываний. С появлением ребёнка, которого они ожидали в начале осени, они хотели перебраться из двухкомнатной квартиры Нади в новую трёхкомнатную.
- Ты что!? Ты думаешь, она успокоится, если деньги получит?! Никаких денег ей не надо давать… если дадим денег, то это будет только начало, а нам нужно один раз всё закончить.
На следующий день совет состоялся в доме родителей. Алексей после проведённой операции учился ходить, пока только с костылями, но перспективу на полноценное передвижение своими ногами ему доктор обещал, сказав: «теперь всё зависит от твоего терпения и настойчивости».
- Я согласен с Надей, - сказал Алексей, - Ангелина не остановится, я её знаю… - при этих словах Надя усмехнулась. Алексей подумал и сказал: - стыдно мне, что вас втянул в эту историю. Любаня, прости…
- Ты мне это уже говорил, и «прости» от тебя не первый раз слышу, - в своей привычной резкой манере сказала Любаня. – думай – что делать будем.
- Может быть, мне следует встретиться с Ангелиной, - вопросительно-утвердительно предложил Алексей. – А уж после примем решение. Если она в городе, то, наверняка у матери остановилась.
- Ну вот, хоть что-то… - сказала Любаня. – Поехали!
Елена Дмитриевна, мать Ангелины была дома и трезвая, что уже показалось везением.
- Была у меня она, три дня назад. А что ей здесь делать в этой нищете, не любит она свой дом, – рассказывала Елена Дмитриевна Алексею, стоящему перед ней, опираясь на костыли. – Где она сейчас я не знаю, и не звонит и не приходит.
Алексей, поддерживаемый Любаней вернулся к машине, где их поджидали Надя и Женя. Женя стал помогать Алексею разместиться в машине и в это время услышали: «Лёшенька, подожди!» - Елена Дмитриевна семенила к машине.
- Лёша, как там Лиза? Что ты её не привёз?
- С Лизой всё хорошо, она сейчас с бабушкой и дедушкой осталась. Всё хорошо, Елена Дмитриевна.
- Вот, Лёша, возьми, - Елена Дмитриевна протянула Алексею бумажку, свёрнутую вдвое. – Может пригодится. Против дочери иду… Я ведь понимаю, что Лиза ей не нужна, а с тобой Лизоньке будет хорошо. Геля хотела у меня Лизу оставить, я даже вот и документ такой с неё взяла, как гарантию… она Лизоньку-то привезла ко мне, а я запила… а сейчас не пью, но, может быть, жить мне мало осталось, болею сильно я, Лёша.
Алексей развернул бумагу и увидел заявление в органы опеки об отказе от материнских прав Ангелины в отношении Лизы.
- Елена Дмитриевна, - вдруг подключилась к разговору Надя, - скажите, у Ангелины был друг из Израиля?
- Друг? – переспросила Елена Дмитриевна. – Муж мой бывший живёт в Израиле. Знакомый его к нам приезжал, посылку передавал… а друга нет.
- А когда этот знакомый к вам приезжал?
- Года два или три назад, не помню.
- Телефона знакомого этого у вас нет?
- Есть, только он заграничный, не наш. Могу поискать дома.
Елена Дмитриевна убежала искать номер телефона, а три пары глаз уставились с вопросом на Надю.
- Я вспомнила: Ангелина намекнула мне, что отец Лизы в Израиле живёт… на всякий случай надо знать… Что?
- Всё правильно, - сказал Алексей.
Елена Дмитриевна принесла клочок бумажки, на которой был написан номер телефон.
- Лёшенька, пусть Лиза с тобой будет. Гельку жалко, но, может, и она найдёт своё счастье. Ты бы через месяц ко мне забежал, авось выкарабкаюсь я из этой болезни…
Приехали в дом к родителям с решением: Ангелину не искать, просто ждать, а там предупредить её, что если суд, то по полной программе: со свидетельскими показаниями, с отказом от Лизы собственноручно подписанным Ангелиной и т.д и т.п.
Дождались послеобеденного сна Лизы и все направились в садовую беседку – подальше от ушей родителей, чтобы не расстраивать их. Любаня положила перед Алексеем бумажку с номером телефона и сказала: «звони, не забудь на громкость включить».
- Здравствуйте. Я из России звоню. Вам девушка по имени Ангелина знакома?
- А что с ней? Я жду её в понедельник… что с ней?
- С ней всё нормально. А вы её ждёте в каком качестве?
- Вы кто? Это она вас попросила звонить?
- Я её бывший муж. Она меня не просила…
- А, я понял! Алексей? Как ваше здоровье?
- Со мной всё хорошо. Извините, не знаю ваше имя…
- Александр меня зовут. Алексей, вас интересует исключительно судьба Ангелины?
- Нет, Александр. Меня интересует судьба нашей дочери.
- Алексей, мы оба с тобой знаем, что Лиза моя дочь. Но ты можешь не беспокоиться: я не претендую на Лизу. Буду с тобой откровенен: я знаю, Ангелина мать никакая, а мне уже шестой десяток. Какие мы родители. С тобой ей будет хорошо, ты, я знаю, любишь Лизу.
- А что делать с требованием Ангелины? Она просит за Лизу двести тысяч рублей.
В трубке прозвучал здоровый мужской смех:
- УзнаЮ малышку… Алексей, когда должна состояться передача денег?
- В пятницу вечером.
- Значит так, Алексей, время у нас с Москвой одинаковое… в пятницу жду твоего звонка, как только Ангелина заявится. Всё будет нормально.
В пятницу вечером ждали Ангелину все вместе, оставив Лизу у родителей. Ангелина не удивилась такой компании.
- Привет, курица. Лёшка, привет. Тётя к тебе из деревни приехала? – спросила, кивнув в сторону Любани.
Любаня не дала Алексею возмутиться, схватила его за руку и сказала: «спокойно».
- А тебе идут костыли, - продолжала глумиться Ангелина, по-хозяйски прошла в кухню. А вся компания, как под гипнозом, прошла за ней: из прихожей в кухню.
Ангелина с размахом и с громким хлопком положила на стол бумагу:
- Успокойтесь, вот вам отказ от Лизки.
- А у нас уже есть такая бумажка, но и эта не лишняя, - сказал Алексей.
- Маманя постаралась? – то ли спросила, то ли сказала Ангелина.
- Александр, вы просили позвонить… - сказал Алексей в трубку, - да здесь, передаю... – Алексей протянул трубку Ангелине.
Ангелина удивилась и, как бы, обмякла. Взяла трубку: «Да», через минуту: «Милый, я просто хотела пошутить напоследок».
Передала трубку Алексею.
- Вот старый пердун, даже мне ничего не сказал. – И обращаясь ко всей компании: - Я пошутила. По-шу-ти-ла! Вот вам бумагу принесла. Зачем мне ваши деньги! Откуда вам их взять! Нищеброды! Каждому своё счастье! Кто что заслужил! Аривидерчи! Это значит «прощайте»!
И ушла, со всей силы громко хлопнув дверью.
Молчание нарушил Женя:
- Что это было?!
Всеобщий вздох облечения, а после дружный хохот.
1 часть рассказа:
2 часть рассказа: