Голод Нин Шу всегда утихал после того, как она выпивала Эссенцию, поэтому ароматный запах, исходящий от тела школьного врача, больше не соблазнял ее.
Эта Эссенция действительно была сокровищем. Значит ли это, что отныне ее единственным источником пищи будет эта Эссенция?
Но это тоже сложный путь. Дядя вряд ли мог постоянно доставать ее.
Нин Шу села на землю, прислонившись к стене, чтобы немного поспать. После Эссенции она всегда чувствовала сонливость.
- Дейзи, как ты себя чувствуешь? - спросил школьный врач.
Нин Шу подняла веки и сделала движение рукой, обозначающее сон.
Дядя записал что-то в своей книге, сказав Нин Шу:
- Иди спать на операционном столе. Как ты можешь спать, где попало? В тебе нет ни следа женского приличия.
Нин Шу: ...
Дядя, разве сон на операционном столе не был бы более странным решением? Кроме того, теперь она была зомби, поэтому определение «женщины», вероятно, больше не подходило ей.
- Иди спать на операционном столе, - школьный доктор снова указал на операционн