А сейчас… Что я сделал? Всего лишь дал ему это имя… Почему мир так жесток? Я ведь когда-то был… Я ведь был…» И вдруг он понял, что стал старше. Стало страшно.
Как взрослый. И в то же время это как бы прибавило смысла происходящему. Было ясно, что он действительно стал старше. И вдруг он с ужасом вспомнил про Машу. Ведь когда он давал ей это имя, было понятно, что она будет играть в его жизни главную роль. А сейчас… Он готов был заплакать от досады.
Эта неудача ударила, как хороший кирпич. Он опять не понимал, что произошло. В груди стало больно. А потом он с удивлением заметил, что больше не испытывает раздражения. Он понял, что его гнев был вызван страхом. При этом он ощущал радость от того, что с этим гневом удалось справиться. Но страх никуда не делся.
Наоборот, усилившись, он стал еще сильнее и страшнее. Все это было настолько неожиданным, что он не мог поверить, что стал другим человеком. С ним еще можно было что-то сделать. Можно было изменить характер. Можно было стать лучше.
А теперь он стал другим. Теперь он был уже не человеком, а всем этим мертвым городом, где не было никого, кроме него. И он чувствовал, что тут не поможет даже человеческая речь. Тогда он стал прикидывать, что будет делать, когда все это кончится.
Сначала это не имело особого смысла. Он просто ждал. Потом вдруг ему пришло в голову, что этот город мертв уже давно. И действительно, трупы на улицах говорили сами за себя.
Когда-то это было серьезным предприятием, и, судя по развалинам, оно было очень масштабным.