Тебе не нужна сцена.
Тебе не нужна роль. Ты – эта сцена.
В тебе должна жить свобода, которой нет даже в витринах витрин, но которую осознают работники туристических агентств.
Свободу надо не хотеть. Свободу надо чувствовать. А в тебе этого нет. У тебя есть только «хочу», и это не очень честно, потому что у «хочу» нет «меня». Может быть, в этом проблема? Может, надо больше свободы? Не знаю, но думаю, что надо. А то так вся жизнь пройдет и ничего не произойдет». Он остался в прошлом – в неизъяснимой пустоте, где тогда блуждал. Но я понял, что как можно вернуть ему свою жертву? Надо было взглянуть на него другими глазами. И я стал смотреть на него другими глазами. Я видел как бы его двойника. Но через много лет понял, что это не его двойник. Его двойник был совсем другой, а это был просто он сам, такой, какой он был с детства. Но – с небольшой примесью. А все же я его вспомнил. И перестал бояться.
Вскоре все решилось само собой. Однажды я заметил, что в зеркале стал иногда встречаться с ним. Я взял зеркало и понес его к зеркалу. Все исчезло. Вместо меня там была зеркальная перегородка. Я ударил в нее кулаком – не вышло. Стал стучать другим. Никакой реакции. Я повернулся к зеркалу боком и стал рассматривать свое отражение в профиль. «Что же это значит?» – подумал я. Тут мне показалось, что в зеркале мелькнуло что-то знакомое. Я снова стал бить кулаком.
Опять ничего не изменилось. Я опять повернулся к зеркалу боком. В этом месте на стекле появилось небольшое углубление.
Я вновь ударил по нему кулаком. Оно исчезло.
Потом появилось другое. Потом третье.