Роберт Александрович Штильмарк — писатель-фронтовик, ветеран Великой Отечественной войны, защитник Ленинграда, блокадник, трижды раненный и дважды контуженный в боях за оборону Ленинграда, награждённый медалями «За оборону Ленинграда» и «За отвагу», кавалер орденов Красной Звезды и Отечественной войны 1-ой степени, человек, прошедший все ужасы военного ада — рассказывает в этой повести о судьбе друга, лётчика-истребителя, сбитого над оккупированным Орлом, попавшего в плен и трижды бежавшего из немецких лагерей.
Приключенческая повесть «Крылатый пленник» строго документальна, записана со слов героя и подтверждена множеством документов и свидетелей. «Странно, что всё это не выдумка», — писал автор в своём дневнике в конце мая 1960 года, после того как сдал рукопись в редакцию журнала «Смена».
Увлекательная сага о приключениях сбитого русского лётчика в немецком плену заинтересовала сотрудников журнала, но повесть не была напечатана. Цензура не пропустила. Героизировать побывавших в плену было не положено. Приказ Ставки Верховного Главного Командования № 270 от 1941 года объявлял всех пленных предателями. Книга была отвергнута и отправлена в архив, где пролежала до наших дней.
Уже более тридцати лет Вячеслава Валентея и Роберта Штильмарка нет среди нас.
Ушло поколение людей вынесших все тяжелейшие испытания двадцатого века. Как и чем можно отплатить им, чем наградить? Только светлой памятью. Награды же государственные получили не все. Вячеслав Александрович, как ветеран в 1985 году получил орден Отечественной войны. Но его вручали всем ветеранам. А его личные подвиги остались без награды. Очень бы хотелось исправить это.
Нашему поколению — поколению родившихся в первые послевоенные десятилетия, а тем более современному человеку, крайне сложно представить себе, через что прошли люди, пережившие войну. Они существовали в «другом измерении», «другой реальности». Поэтому так важен живой голос очевидцев событий тех лет.
Найти законченное произведение известного писателя через тридцать пять лет после его кончины - это уже огромная радость, а в юбилейный год Победы обрести свидетельство двух фронтовиков это, наверное, уже Божий Промысел!
Сегодня более чем важно донести до молодого читателя факты, рассказанные непосредственными участниками военных действий того времени
и, трепетно относясь к истории Великой Отечественной, сохранить не замутнённой и не искажённой память о событиях и героях тех лет.
Старший лейтенант Роберт Штильмарк 1942г
Предисловие к «Крылатому пленнику.»
Дела обыденные
Отец называл его Славкой. И в этом не было фамильярности. Так называют друга. Самого близкого, самого доверенного, лучшего.
Улыбчивый и обаятельный дядя Слава не производил впечатления человека героического. Ни огромного роста, ни горы натренированных мышц, ни горящих стальных глаз у него не было. Просто жизнь часто ставила его в тяжёлые условия. Не только на войне, но и в мирное время. А характер заставлял брать ответственность на себя и принимать верные, хотя порой трудные и опасные для него решения. Благодаря отваге, таланту и опыту побеждал. Относился, правда, к любым сложностям, как к работе и делам обыденным.
Однажды, работая в Подмосковье, получил задание обработать колхозные поля раствором молибдена. Пока его Ан-2 с полными цистернами грузно взбирался в поднебесье, увидел вдалеке клубы дыма. День был ветряный, погода уже много дней была очень сухой. Решил посмотреть, что случилось, направил машину туда.
В деревне пылал жилой дом. Ветер раздувал огонь, пламя могло ddперекинуться на соседние строения и спалить всё селение. Пожарных вокруг не было.
«Нужно вылить содержимое цистерн на пожар. Но, если лететь горизонтально, большая часть воды пролетит мимо, а на огонь попадёт её мизерное количество. Вертикальный подъём на Ан-2, с полными цистернами, невозможен, мотор не вытянет. Но самолёт надёжный, крепкий. Если подняться повыше, спикировать на горящий дом, тем самым для разгона прибавить силу притяжения к силе мотора, можно попробовать что-то сделать». Пока проносились в сознании эти мысли , руки уже поднимали самолёт ввысь.
В деревне народ уже отчаялся. До Оки почти километр, пожарный пруд в засушливое лето до дна вычерпали на полив огородов и кроме двух глубоких колодцев других источников воды не было. Остановить огонь было нечем. Казалось гибель деревни неотвратима.
Спасение пришло с Небес. Только в этот раз Господь послал его не с Архангелами, а с лётчиком-асом!
Ан-2 скользил по небу к пожару, как санки с зимней горы. Казалось ещё мгновение и врежется в объятый огнём деревенский дом, размечет пламя по всей деревне, погубит себя и спалит всю деревню. Но самолёт, каким-то чудом , вдруг взмыл свечкой над самым пожаром и вылил на него поток воды. Пламя затихло, но совсем не погасло. Повалил густой едкий дым. Лётчик повторил маневр ещё несколько раз, хотя из-за дыма видимости почти не было. Однако пожар был полностью потушен.
Об этом случае писали в газетах. Сначала в местных, потом повторили в «Правде». Дядя Слава от вопросов знакомых отмахивался, переводя речь со своего поступка на содержимое цистерн: «хорошо, что раствор молибдена вёз распылять, а то ядохимикаты могли быть, тогда бы не получилось ничего». И заговаривал на иную тему.
О другом подвиге Вячеслава Александровича знает моя семья и очень ограниченная группа людей.
Зная любовь моего батюшки к полётам, дядя Слава как-то пригласил его налетаться вволю. В январе 1966года Валентею предстоял квалификационный экзамен. Нужно было по условиям испытания совершить 17 взлётов и 17 посадок, имитирующих различные ситуации. А экзаменатором оказался близкий друг Вячеслава Александровича. С его разрешения дядя Слава и пригласил отца полетать. И даже разрешил взять с собой двенадцатилетнего сына Альку.
Для профессиональных лётчиков-асов экзамен был простой формальностью, в то время, как для любителей полётов событие казалось грандиозным.
В аэропорт Быково прошли через служебный вход. Подошли к стоящему в сторонке Ли-2, открыли его и по спущенной радистом лесенке забрались внутрь. Лётчики запустили двигатели, и промёрзший за ночь самолёт стал согреваться. Все расположились в кабине. Всем вручили наушники, что бы слышать разговоры внутри машины и переговоры с диспетчером. Началась предполётная проверка систем. Наконец запрос и разрешение диспетчера занять место на взлётной полосе, разрешение на взлёт и.... разбег вдавил людей в кресла, замелькали убегающие назад службы аэропорта, точка принятия решения, и это волшебное ощущение отрыва от земли, когда тело чувствует, что самолёт опирается уже не на шасси, а на крылья! Уходят вниз дорожки, дома, деревья... ветер обратился плотью и на плечах своих поднял самолёт к небу! Велик человеческий гений!
Благодаря компании полёты проходили весело и непринуждённо. Пилоты и гости шутили, рассказывали разные интересные истории. Альке позволили сесть в кресло второго пилота и под контролем двух асов дали почувствовать, как самолёт реагирует на движения штурвала: от себя - вниз, на себя вверх, направо-налево - как в машине, только крылья наклоняются.
В январе темнеет рано, начались ночные полёты. Одним из испытаний была посадка по приборам. Летчик должен сажать самолёт вслепую, не видя взлётной полосы. Инструктор задёрнул шторки. Диспетчер разрешил посадку. Светящиеся в темноте приборы показали, что Валентей вывел летящий самолёт на полосу, выпустил шасси и начал снижение. Вдруг он рванул штурвал на себя и дал полный газ. Ли-2 резко взмыл и ушёл сторону. Альку рассмешили брови инструктора в удивлении поднятые вверх. А полутора секундами позже в наушниках раздался истерический голос диспетчера: «Под вами гигант! Под вами гигант!» Инструктор откинул шторку. Огромный турбовинтовой Ту 114, взлетая им навстречу пронёсся под их машиной. Ужасная ошибка диспетчера. Он разрешил посадку ослеплённому лётчику на взлетающий лайнер. Если бы не фантастическая лётная интуиция бывшего истребителя, предупреждение его об опасности пришлось бы как раз на момент столкновения.
Спасибо, дядя Слава! За папу, брата, и все жизни, которые ты спас!
Я обязан рассказать ещё несколько фактов из жизни Вячеслава Александровича и отца. Только их невозможно понять не зная содержания повести. Поэтому продолжение в послесловии.