Сегодня каждый день в мире – от Загреба до Гонконга – где-то дают «Кармен». Популярней только «Травиата». Однако в XIX веке парижская публика – среди которой были и Александр Дюма-сын, и Альфонс Доде – восприняла премьеру очень холодно, если не сказать больше. О том, почему в итоге произведение Проспера Мериме все же покорило не только Францию, но и весь мир, рассказывает переводчица Инна Дулькина.
«Для обеспечения общественного порядка и безопасности следовало бы призвать сюда драгунов и тореадоров, чтобы они заткнули рот этой барышне и надели бы на нее смирительную рубашку, предварительно вылив ей на голову ведро воды. Так им бы наконец удалось заставить ее прекратить эти непристойные движения».
Такую рецензию французская газета Le Siècle опубликовала 8 марта 1875 года, через пару дней после премьеры оперы Жоржа Бизе «Кармен». Сегодня, по данным сайта Operabase, каждый день в мире — от Загреба до Гонконга — где-то дают «Кармен». Популярней только «Травиата». Тогда же парижская публика — среди которой были и Александр Дюма-сын, и Альфонс Доде — восприняла премьеру очень холодно. «Что еще за история про проститутку?» — негодовал корреспондент газеты Patrie. Композитор был так расстроен, что после представления всю ночь до рассвета бродил по парижским улицам, а ровно через три месяца — 3 июня 1875 года — умер от инфаркта в возрасте 36 лет. «История про проститутку» с тех пор стала классикой, а героиня со страниц журнала La Revue des deux mondes (там в 1845 году Мериме опубликовал свою «Кармен», говорил, не хватало денег на покупку новых штанов, надо было что-нибудь сочинить) перешла в пространство мифа и стала частью мировой культуры.
Сегодня Кармен во Франции — персонаж комиксов и арт-буков (особенно хорош альбом Бенжамена Лакомба, где по страницам ползают выписанные тушью пауки, а мантильи Кармен — настоящая ручная вышивка), а еще повод поговорить о природе власти, насилия и свободы. В 2018 году во Флоренции зрители увидели Кармен, которая не погибает от руки своего любовника, а, сопротивляясь, убивает его выстрелом из пистолета. Оперный режиссер Лео Мускато признался, что пока женщины каждый день подвергаются насилию, аплодировать сцене убийства одной из них абсолютно невозможно. Пресса — в зависимости от политических предпочтений — негодовала и восторгалась. «Умер не дон Хосе! Умерла опера!» — написал журнал Le Point. А радио France Culture процитировало режиссера Оливье Пи: «Я прекрасно понимаю, почему Мускато предложил иной конец. В операх XIX века женщина часто представляется жертвой, которая, что еще хуже, соглашается терпеть страдания. И мы не можем не задаваться вопросами. Не видеть, что такое восприятие женщин сегодня уже не может считаться приемлемым».
Интересно же то, что героиня, придуманная французским инспектором по охране памятников — именно этому занятию Мериме посвятил 25 лет своей жизни — и, казалось бы, полностью слепленная из клише и стереотипов (цыганка-воровка, роковая женщина, коварная соблазнительница), словно оказывается сильнее своего создателя и живет собственной жизнью.
Читайте также:
10 главных романов французской литературы
Если бы не Оноре де Бальзак, едва ли Эммануэль Макрон в 2017 году одержал бы уверенную победу на президентских выборах. Шодерло де Лакло еще в XVIII веке предупреждал об опасности социальных сетей, а «Дамское счастье» Эмиля Золя нынче проходят на занятиях по маркетингу в Парижской школе коммерческих наук. Французские классики описали мир, в котором мы живем и сегодня, — и, чтобы лучше в нем разобраться, вот десять романов, которые стоит прослушать прямо сейчас.