Почему студенты театральных ВУЗов носят одинаковую черную обтягивающую одежду? Не все, конечно, особенно в современном мире. Однако, традиционно и большинство.
Одинаковые черные трико и такие же черные чешки – вот настоящая форма настоящего студента театрала.
Казалось бы, представители этой профессии, наоборот должны экспериментировать со своим внешним видом, добиваясь максимальной выразительности, своеобразия, неузнаваемости. Но нет. Традиционная, академическая школа актерского мастерства требует от студента максимального внешнего обезличивания, в результате чего, все учащиеся превращаются в одинаковых солдатиков, без каких-либо атрибутов индивидуальности.
Однако, причина этой странности кроется как раз в проблеме индивидуальности, которая для актера действительно является обязательным качеством, своего рода – профессиональным признаком. Только индивидуальность эта у актера должна выражается не внешне (точнее – в первую очередь – не внешне), а внутренне. Внутренняя яркость, ясное внутреннее действие, индивидуальность манер, речи, пластики, мимики – все это, становится особенно заметным и, одновременно, особенно насущным, именно при максимальном внешнем обезличивании.
Лишенный внешних атрибутов актер, начинает искать необходимые выразительные средства в себе, что полностью соответствует намерениям преподавателей. И лишь воспитав, выработав внутри себя качества индивидуальности, заметные без внешних атрибутов, актер, наконец, получает долгожданный КОСТЮМ!
И то, не всегда сразу. Черная одежда еще долго может сопровождать студента-театрала, а костюмом, при этом, будет являться всего лишь шейный платок, или портупея, или старая шляпа… На ком другом, подобные аксессуары смотрелись бы просто нелепо, но только не на человеке, который сумел развить свою внутреннюю индивидуальность.
Ну а когда у опытного уже театрала появляется настоящий костюм, вот тогда и сценическая выразительность достигает своего апогея. Именно наполненный внутренний образ является основой настоящего театрального костюма, который, в свою очередь, оказывается неотъемлемой принадлежностью персонажа, а не подборкой из костюмерного цеха. И возникает подлинная гармония.
Пожалуй, именно о такой гармонии, еще в XIII веке, писал автор «Нимской телеги»: «Не простолюдин, в нарядной сбруе. Кровь благородная видна по выправке!»