Это не означает, что мы не сумеем это сделать.
Мы – только лишь возможность – для того, чтобы ситуация стала другой. Впрочем, стоит ли вообще ее менять? Некоторые ее черты нравятся нам больше других. Стала бы такая страна счастливее? Наверно, нет.
Но почему? Неужели из-за невыносимой муки быть в ней? Мы больше не можем жить в стране, где бессильны что-то изменить. Теперь мы можем поменять только то, что не меняется. Или то, что меняется слишком быстро. И второе значительно страшнее.
Именно об этом мне сейчас надо думать. Я задаю себе вопросы – их слишком много, но мне не хочется тратить время на мысли о том, чем я и чем я не хочу быть. Я люблю эти вопросы. Потому что в них звучит надежда. И я чувствую ее приближение. К чему я пришел? В голову лезет такая гадость, что я собираюсь сказать: нет, я не вернулся. Я никуда не уходил. Я просто… ну не знаю, забыл про что-то.
Про что-то важное. А о чем важном я забыл? Именно то, о чем я забыл, становится тем, что я вижу во сне. Я не могу вспомнить, но я знаю: того, что я вижу во сне, не существует. Как, ну как я не догадался раньше? Не из-за того ли, что у меня нет другого варианта? Наверно.
Так почему я постоянно упускаю это самое важное? Во сне, в своих ночных мыслях? Есть ли во мне какая-нибудь возможность понять, что же на самом деле я видел, и снова вспомнить об этом?
Или у меня нет никакой возможности вспомнить? Если я все забыл, значит, ничего никогда не было. Но что это значит? Раньше, может быть, было… А сейчас? И зачем? И я просыпаюсь.
Иногда это происходит в лифте. В других случаях – на улице.