Первой нависшую тишину нарушила Керубиэль

Первой нависшую тишину нарушила Керубиэль. Хотя она выглядела слегка неуверенной в том, что будет говорить, похоже, девушка все же приняла решение, которого будет придерживаться, отчего ее голос зазвучал твердо, даже если она сомневается в том, не пожалеет ли об этом позже.
- Я считаю, что могу доверять тебе. Вне зависимости от того, откуда ты так много знаешь обо мне, если эти знания не будут использоваться во вред, то для меня нет смысла беспокоиться об этом. Также я могу сказать, что твои действия ранее действительно отражают хорошее отношение ко мне, которое ты упоминал. Я не думаю, что это было притворство. Поэтому, я предпочту довериться человеку, что помогает мне, а не сомневаться в нем.
Я на самом деле хотел аплодировать ей в этот момент, но сдержался. Малого того, что ребенку ее возраста, очевидно, трудно самостоятельно принять разумное решение, которое смогла сделать она, что более важно, эта девушка нашла в себе силы сознательно довериться другому человеку, так как она рассудила, что это принесет ей больше пользы, чем бесконечные подозрения, для которых на самом деле есть весьма весомый повод. Конечно, вероятно, отсутствие у Керубиэль тяжелого жизненного опыта множества случаев, когда ее предают, сыграло в этом свою роль, но мне кажется, что она все же морально готова к тому, что я могу не оправдать ее доверия. Сильно. Несомненно сильно.
Пока я размышлял о том, что уже в детстве у героини просматриваются черты великого человека, священник также решил заговорить и, слегка кашлянув и сделав крайне недовольное выражение лица, высказал свое мнение:
- Хорошо, я понял свое положение. Я постараюсь помочь ей всеми возможными способами, чтобы искупить свою вину, но, как ты понимаешь, я не смогу стать ее пастухом - на эту роль придется назначить кого-то другого. И, раз ты так хорошо знаешь ее возможности и внутренние устройство церкви, может посоветуешь какого человека?
После его слов героиня выглядела немного озадаченной, очевидно, не понимая, о чем церковник говорит. Я же, в свою очередь, серьезно задумался над этим вопросом. Пастухами в церкви зовут людей, что обучают и воспитывают определенного героя. Обычно на эту роль выбираются такие люди, чтобы со временем герои эмоционально к ним привязались и, в случае необходимости, выполняли поручения церкви, которые герою дает пастух. Вся проблема в том, что герои не являются формальными членами церкви и на самом деле не должны подчинятся духовенству, но чтобы воспитанные священниками герои все же могли сослужить хорошую службу как для имиджа церкви, так и в случае практической необходимости задействовать их силы, к каждому из них приставляет человек, который во всем направляет своего героя. Конечно, героями изначально отбираются те, кто будут достаточно послушны пастухам - важность таланта и силы обычно отходит на второй план, хотя Керубиэль немного особенный случай.
Внезапно я вспомнил, о чем думал, когда ждал священника в секретном проходе. Воспитывать героя на самом деле весело. Но должен ли я делать это только потому, что так мне будет весело? Нет. Тогда зачем мне еще становится пастухом? Если вспомнить, в прошлом мире я желал владеть всем миром. Стоит ли мне вновь стремиться к этому? Но я понял, что путь к мировой власти слишком тяжел и более не испытываю столь сильного, как в былые времена, желания пройти по нему. По крайней мере лично.
Все эти мысли словно поток пронеслись в моем сознании, после чего я пришел к выводу и хитро улыбнулся.
- Эй, Керубиэль? Как тебе идея захватить мир?
Церковник выглядел не то напуганным, не то удивленным, но все его недовольство внезапно сошло на нет и он с распахнутыми глазами внимательно слушал, о чем мы будет сейчас говорить. Героиня же немного помедлила, словно взвешивая что-то в голове, после чего задала весьма логичный вопрос в ответ:
- А зачем мне это делать?
Я лишь сильнее усмехнулся после ее слов и, не давая прямого ответа, произнес:
- До тех пор, пока ты не считаешь для себя цель в виде захвата мира невозможной, все в порядке. Священник, ты спрашивал, кто станет ее пастухом? Это сделаю я. Я буду обучать ее согласно тому, что знаю и, будь уверен, в один день она станет удивительным человеком.
Церковник вновь нахмурился и сказал:
- Но ты не являешься членом церкви, каким образом ты станешь ее пастухом?
В ответ я лишь развел руками и проговорил:
- Считай, дать мне достаточное для этой роли положение в церкви - еще один пункт требований в нашем договоре. Судя по тому, что ты упоминал тренировки от самого первосвященника, у тебя должно быть достаточно власти и тебе не составит труда как-нибудь это обыграть.
После мои слов церковник выглядел так, будто готов съесть меня прямо на месте, а потому я поспешно удалился, взяв с собой Керубиэль. Раз уж я стану теперь ей кем-то вроде отца, то мне не хочется оставлять свою дочку наедине с похищающим детей подозрительным мужчиной. По пути назад я не смог сдержать смеха при мысли о судьбе этого священника, отчего мой голос был слышен во всем здании церкви.