Европейцев, посещавших Китай в XIX веке, привлекал и одновременно поражал уникальный вид народного искусства, соединявший музыку, пение, пантомиму и акробатику. В представлениях почти не использовался реквизит, но актеры были одеты в великолепные костюмы и причудливые маски. Поскольку в этих спектаклях драма смешивалась с пением, как в привычной им опере, европейцы называли их Пекинской оперой.
Мао Цзэдун прекрасно понимал, что литература и искусство могут быть мощными орудиями в пропаганде коммунистических идей. "Литература и искусство предназначены для масс, - писал он ещё в 1942 году. - Они создаются для рабочих, крестьян и солдат, которые и должны пользоваться их достижениями". Во время "культурной революции" Цзян Цин, четвёртая жена Мао Цзэдуна, решила реформировать Пекинскую оперу, задаваясь вопросом, почему на сцене отражается жизнь городских помещиков, кулаков и буржуазных элементов, а не 600 миллионов рабочих, крестьян и солдат. Ревизионисты, руководимые свергнутым главой государства Лю Шаоци, заявляла она, превратили Пекинскую оперу в "отдельное царство". Цзян Цин стремилась создать новые формы искусства, которые бы прославляли коммунизм.
После смерти Мао в 1976 году Цзян Цин и троих других руководителей "культурной революции" заклеймили как "банду четырёх". Суд приговорил их к смертной казни, заменённой позднее на пожизненное заключение. Полный разрыв с искусством прошлого, которого Цзян Цин добивалась, просуществовал лишь столько, сколько она была у власти. Сегодня традиционная Пекинская опера снова занимает в Китае прежнее положение.