Держа Флер и Габриэль за руки, Гарри мысленно вернулся к словам мистера Делакура

Держа Флер и Габриэль за руки, Гарри мысленно вернулся к словам мистера Делакура.
-Ты найдешь место, где будешь чувствовать себя в безопасности.
Он не мог не попытаться предугадать, где произойдет эта связь. Гарри подумал обо всех местах, где он побывал в своей жизни. Он провел детство у Дурслей, и это определенно было небезопасно. Хогвартс? Он дважды сражался с троллем, Волдемортом, василиском и драконом в Хогвартсе. Нора? В последний раз, когда он был там, его отвезли туда,где свирепые Пожиратели Смерти взрывали палаточный лагерь.
Гарри вздохнул. Он не мог вспомнить ни одного места, где чувствовал бы себя в безопасности. - А это будет проблемой? - Спросил он себя. - Разве знание безопасного места не помешает соединению? Его размышления были прерваны, когда мадам Помфри положила руку ему на плечо.
- Мистер Поттер… Гарри, Я думаю, будет лучше, если ты снова ляжешь на кровать, - предложила она. - Мы не знаем точно, что произойдет с тобой физически при двойной связи. Ты можешь снова впасть в бессознательное состояние.
Гарри кивнул старшей сестре и со вздохом забрался обратно на кровать. Флер и Габриэль подошли к кровати и сели на нее.
- Спасибо, - сказала Флер, взяв его за правую руку, в то время как Габриэль только улыбнулась, взяв его за левую.
- А теперь закрой глаза и подумай обо мне и Габриэль, - тихо сказала Флер. - Когда мы доберемся до этого, не забудь подождать нас. Мы с Габриэль должны войти в твое сердце вместе. Связь образуется сразу после входа в сердце, так что мы должны сделать это в одно и то же время.
Гарри в последний раз посмотрел в голубые глаза Флер, а затем повернулся и улыбнулся Габриэль. - Могло быть и хуже, - подумал он, прежде чем окончательно кивнуть и закрыть глаза. Гарри попытался расслабиться и сосредоточиться на двух красивых женщинах рядом с ним. Он почувствовал, как каждая из них подняла руку, которую они держали, и легонько поцеловала ее; тепло исходило от того места, где они целовали, вверх по его рукам, пока не встретилось в центре груди. Гарри чувствовал, как в груди нарастает тепло, которое становилось все теплее, как будто внутри него разгорался огонь. Гарри снова поймал себя на том, что смотрит на двух прекрасных птиц, окруженных огнем, летящих перед его мысленным взором. Он смотрел, как они поднимаются все выше и выше, а потом все потемнело.
Все люди, которые окружили кровать, стали свидетелями удивительного зрелища; когда каждая девушка поцеловала Гарри, вокруг них появилась золотая аура. Ауры двигались от места поцелуя вверх по каждой руке Гарри и встречались в середине его груди. Когда два огонька встретились, они удвоили яркость и окружили всех троих.
Когда темнота кончилась, Гарри не обнаружил себя ни в Хогвартсе, ни на Тисовой улице, ни в норе. Он стоял на тротуаре обычного маггловского квартала напротив дома, которого никогда не знал, но с которым был близко знаком. Это был обычный двухэтажный дом с небольшим огороженным двориком. Трава, покрывавшая сады, была ярко-зеленой, но не нуждалась ни в стрижке, ни в уходе за цветочными клумбами. Внутри дома была обычная кухня, три спальни, а самое главное-под лестницей не было шкафа. Он знал, что несколько лет назад к дому пристроили библиотеку, на самом деле она появилась чуть меньше трех лет назад. Погода стояла прекрасная и солнечная, но, с другой стороны, здесь всегда было прекрасно и солнечно. В этом доме никогда не было темноты. Этот раз дом, казалось, был наполнен ярким золотистым сиянием, льющимся из каждого окна. Свет позволял легко видеть сквозь окна; Гарри мог видеть кухню, где еда материализовалась, не будучи приготовленной. А вот и библиотека, он видел полки с книгами, и вот она сидит в кресле у окна и читает. Гарри не мог не улыбнуться, она всегда была рядом и читала, когда он приходил сюда. Гарри сделал шаг по направлению к дому, как будто вернулся из более раннего времени, прежде чем услышал голоса двух ангелов.
- Гарри, подожди нас, мы пойдем с тобой.
Гарри отвернулся от дома и снова повернулся на голоса. Флер и Габриэль теперь были рядом с ним, и каждая снова взяла его за руку.
- Это прекрасно, - сказала Габриэль, оглядываясь. -Это здесь, ты вырос, Гарри?
Мысли Гарри обратились к Бирючинному проезду, и образ этого дома материализовался неподалеку от них. - Нет, я ... - Гарри кивнул в сторону нового здания, - вырос там, - и так же быстро, как оно появилось, изображение дома номер четыре по Тисовой улице исчезло.
- Где мы, Гарри? - Ласково спросила Флер. - Это прекрасный дом.
- Э-э-э, на самом деле никуда, - со вздохом ответил Гарри. - я... ну, на самом деле это просто воображаемый дом, в который я мечтал сбежать, когда наступали трудные времена с моими родственниками. Я лежал в своей комнате – на своей кровати и мысленно отправлялся в это место, - эти слова заставили его вспомнить некоторые моменты, которые заставляли его отступать в это место,и эти воспоминания начали мелькать и исчезать.
Гарри в ужасе смотрел на происходящее. Он отчаянно пытался остановить это, но воспоминания не слушались его. Хуже того, чем больше воспоминаний он видел, тем больше вспоминал. Гарри был брошен в шкаф с грязным матрасом кричащим краснолицым дядей Верноном, кричащим: - тебе повезет, если ты выберешься оттуда на этой неделе! Следущим было как Гарри преследовал его кузен и его банда хулиганов, в то время как Дадли кричал: - Мы собираемся сделать тебя уродом, - и еще один, когда бульдог загнал его на дерево, а тетя Мардж смеялась.
Один за другим возникали образы жестокого обращения, которому Гарри подвергался от рук своих родственников. Гарри ненавидел саму мысль о том, что Флер и Габриэль увидят эти воспоминания, но они просто не могли остановиться. Он знал, что теперь они пожалеют о том, кого выбрали. После того, что казалось вечностью борьбы с его собственными воспоминаниями, предающими его, он, наконец, сдался. Продолжая смотреть на воспоминания, он попытался объяснить. - Я всегда мечтал о доме, как у моих родителей, - начал Гарри, стараясь скрыть эмоции в голосе. Это не сработало. Флер и Габриэль услышали боль и печаль и увидели их на его лице. - Я не знаю, как выглядел их дом, поэтому я построил это место в своем уме. Я представлял себе, что живу здесь, и мои родители будут живы; я буду праздновать Рождество и...и я просто хотел оставить это... - Гарри жестом указал туда, где воспоминания теперь замедлялись. - Его голос дрогнул. - Я ... простите, я не тот, за кого вы меня принимаете...
- Ты думаешь, что это все - это ты? - Спросила Флер, и ее глаза вспыхнули гневом от увиденного. - Посмотри на меня, Гарри, - сказала она и, когда Гарри сделал это, продолжила, указывая на воспоминания. - Эти воспоминания - это не ты, это люди, которые ничем не лучше грязи под твоими ботинками.
Гарри не выдержал и отвел взгляд.
Габриэль и Флер переглянулись. У каждой из них было выражение гнева на то, что они видели, и желание дать своему спутнику счастье, которого он желал и заслуживал.
- Это не ты, - повторила Флер, на этот раз более мягко. - Отведи нас к себе, и мы докажем это. Покажи нам свое сердце. Позволь нам подарить тебе нашу любовь.
Гарри почувствовал притяжение магии вейл, побуждающее его идти к дому. В его сознании промелькнул голос: - Просто зайди в дом, и все будет лучше, - он кивнул Флер. Он снова огляделся и шагнул к дому. Он сделал всего два шага, когда прямо перед Гарри возник образ дяди Вернона, преграждающий ему путь. Огромный, похожий на моржа человек замахал кулаком перед лицом Гарри и завопил. - Что ты себе думаешь, куда ты идешь? Вернись в свой шкаф! - Гарри вздрогнул, но попытался пройти мимо него. На этот раз дорогу ему преградила тетя Петуния. - Любовь? - Она усмехнулась. - Да кто тебя полюбит, урод? Ты не стоишь того, что ешь, - Габриэль попыталась обнять Гарри за шею. Следующим появился Дадли. - Урод! Никто не полюбит такого урода, как ты.
Гарри отшатнулся. Он едва расслышал голос Флер, когда она сказала: - Они не настоящие, Гарри, не обращай внимания на них. Мы действительно любим тебя, - она потянула его вперед, к дому, к его любви. Но все усилия были тщетны. Каждый раз, каждый шаг преграждал другой образ. Тетя Мардж была там с рычащим бульдогом, еще один Вернон и еще один Дадли - все повторяли слово " урод!" Чем больше Флер и Габриэль пытались помочь Гарри бороться, тем больше появлялось фигур. Наконец Гарри замер, не в силах пошевелиться, но мучения не прекращались. Образы, окружавшие его, продолжали свою словесную брань, пока он не рухнул на тротуар. Медленно дом и все, что их окружало, рассыпалось, как пыль, оставив только темноту, которая тоже исчезла. Флер и Габриэль заморгали от внезапного натиска яркого света, только чтобы обнаружить себя окруженными своими родителями и другими в больничном крыле.
Флер и Габриэль посмотрели друг на друга, сначала в замешательстве, но потом поняли, что произошло и что это значит для них. Они обе посмотрели на Гарри. Его глаза были закрыты, и он не двигался. Затем Флер посмотрела на мать и отца, на лицах которых была надежда, которая вскоре исчезла, как она сказала. - Мы не могли соединиться.
Эти слова вызвали словесное столпотворение вокруг кровати. Наконец голос Дамблдора прорвался сквозь словесный грохот. - Успокойтесь все. Мадам Помфри, как поживает Гарри?
- Он без сознания, Альбус, я думаю, он в шоке, - ответила школьная медсестра. - Я бы хотела дать им снотворное.
- Нет, пока нет. У нас осталось так мало времени, что мы должны рассмотреть другие возможности. Нам нужно, чтобы он проснулся как можно скорее. - Печально сказал Профессор Дамблдор.
- Я дам ему успокоительное, как только он придет в себя, - сказала она, но ее взгляд придал Дамблдору гораздо более глубокий смысл.
- Очень хорошо, Поппи. Мисс Делакур, - обратился профессор Дамблдор к Флер, - не могли бы вы рассказать нам, что произошло?