После публикации интервью с Бурляевым, в котором актёр жёстко наехал на экс-министра культуры ШВЫДКОГО, обвинив того фактически во вредительстве ©, вспомнил свою беседу с Михаилом Ефимовичем, спецпредставителем Президента РФ по международному культурному сотрудничеству (с 2008 года).
– Прежде чем мы начнем говорить о театре, я хотел бы спросить Вас, что в Вашей системе координат является самым большим достижением на посту министра культуры?
– Вы знаете, я бы начал с другого. Я бы начал с того, что являлось достижением министра Сидорова, который позвал меня работать заместителем министра культуры, Константин Щербаков был его тогда первым замом, что было достижением нашей команды в начале 90-х годов.
Я еще раз повторю, министром был Евгений Сидоров. Мы тогда ухитрились в полном отсутствии денег сохранить сеть культурных учреждений, которые оказались бесхозными во многом, прежде всего потому, что из сегмента культуры ушла такая мощная корпорация, как профсоюз. Потому что профсоюзы были владельцами огромной сети культурных учреждений. Это были дома культуры, библиотеки.
Вообще, профсоюзы были серьёзной корпорацией. Они владели очень многим: санаториями, и домами отдыха, разного рода профилакториями. Это была огромная такая индустрия социальной жизни со своими собственными доходами, и это было серьезно очень. И они в одночасье бросили очень многое. Они бросили библиотеки, они бросили дома культуры, как бы от этого освобождались.
А надо было освобождаться от всего непрофильного, как казалось тогда, это была такая политика. До сих пор еще не от всего, правда, отказались, но особенно богатые какие-то там индустриальные корпорации, они еще держат дома культуры, какой-нибудь там Череповецкий металлургический завод, например, они держат, да. И это правильно, да, в каком-то смысле.
Но тогда от многого отказывались, и нам надо было сохранить всю сеть культуры, потому что позиция, было не до культуры, денег не было, совсем не было денег. Я когда был замминистром, и я курировал короткое время экономику, я такую медную табличку прибил к двери у себя, своего кабинета, где было написано «Денег нет».
Денег действительно не было. И вот это достижение было, пожалуй, кардинальным. Но мы действовали абсолютно в духе социалистического понимания обязанностей государства перед культурой. Оно у меня существует до сих пор, при том, что я как бы рыночник, да, и я считаю, что рыночные отношения в культуре возможны, и есть сегменты культурные культуры, в котором возможны рыночные отношения, да, но есть сегменты, в котором государство должно взять на себя полную ответственность, полноту ответственности.
Если говорить о том, что я сделал на посту министра культуры, то, наверное, благодаря поддержке президента, я говорю об этом не потому, что я должен это сказать, а потому что это истинная правда, благодаря поддержке Владимира Владимировича Путина мы сделали одну очень важную вещь – мы остановили отток артистов из Российской Федерации.
Потому что, когда я стал министром, я понял, что одна из самых больших проблем – это кадры, потому что артисты в Большом театре получали 200 долларов в месяц, и их никогда не было, потому что они зарабатывали за границей.
Ну, и аналогичная ситуация была и в Мариинке, и в лучших симфонических оркестрах там, ну и так далее.
Вот тогда родилась идея грантов. Надо сказать, что тогда очень большую роль сыграл Юрий Тимирканов, которому мы тогда эту вот мысль доводили до президента, и Валерий Гергиев свою роль сыграл. И тогда появилась идея грантов, которая позволила кардинально изменить оплату труда в лучших коллективах.
И это, с моей точки зрения, было важнейшим, таким решающим фактором, который позволил нам сохранить просто качество искусства и культуры в России.
