Чиновникам нечего предложить их пользователям взамен
Таганский суд Москвы 26 августа оштрафовал Facebook, Twitter и WhatsApp на 15 млн, 17 млн и 4 млн руб. соответственно за отсутствие локализации баз данных российских пользователей на территории РФ.
Закон, обязывающий интернет-компании хранить данные российских пользователей в пределах границ РФ, вступил в силу еще в 2015 г. Соцсети и мессенджеры его проигнорировали. В 2019 г. за неисполнение закона в КоАП были введены штрафные санкции, но и эти штрафы также, как оказалось, можно платить «по желанию». Кто-то, как Facebook, платит штрафы и продолжает работать так, как и работал раньше, кто-то (Twitter, например) их не платит. И тоже продолжает работать.
Претензии Роскомнадзора к иностранным интернет-сервисам не сводятся к невыполнению требований о локализации данных. В мае этого года Google в очередной раз получил штраф на 6 млн руб. за неудаление ссылок на запрещенный в России контент, еще раньше Роскомнадзор пригрозил штрафами Facebook, TikTok, Twitter и Instagram за то, что они по требованию властей не удалили призывы к подросткам выйти на несанкционированные митинги 23 января, и т. д. и т. п.
Кто-то удаляет нежелательный, с точки зрения российских чиновников, контент, кто-то – нет. Но в итоге получается, что Facebook и Google с «дочками», а также Twitter довольно спокойно работают в России, причем делают это так, как считают нужным. На подавляющем большинстве аудитории их бодание с регулятором никак не сказываются.
Несомненно, зарубежные соцсети и мессенджеры раздражают российские власти – они воспринимаются чиновниками в первую очередь как неконтролируемые площадки для общения нелояльных политическому истеблишменту граждан. Но дальше штрафов, незаметных на фоне выручки крупнейших мировых digital-корпораций (даже если они их платят), дело у Роскомнадзора в подавляющем большинстве случаев не идет. Лояльных и/или аполитичных пользователей у зарубежных интернет-сервисов несоизмеримо больше, чем диссидентов: ежемесячная аудитория Facebook в России сейчас примерно 10–15 млн пользователей, у Instagram их около 40 млн, у WhatsApp – около 60 млн. Фактически этот мессенджер – основное средство общения россиян после классической телефонной связи – он установлен на 9 из 10 российских смартфонов.
По уровню негативной реакции общества возможную блокировку WhatsApp можно сравнить с советской антиалкогольной кампанией второй половины 1980-х гг. – столь радикальный шаг популярности власти точно не добавит. В Роскомнадзоре это понимают и резких шагов не делают.
Блокировка мессенджеров и соцсетей – мера неблагодарная и в техническом смысле. Как показало упражнение Роскомнадзора с Telegram, за то время, пока мессенджер был официально заблокирован в РФ, его популярность только выросла: VPN и использование proxy-серверов свели на нет все активности регулятора. Более того, после каждого публичного упоминания Telegram чиновниками количество скачиваний приложения Павла Дурова только росло – ведь о его проекте узнавали даже те, кто ранее не был с ним знаком.
Но совсем ничего не делать Роскомнадзор не может. И ведомство борется за соблюдение законодательства мягкими методами. Которые дают скромный результат. Закрывать глаза на пренебрежительное отношение социальных сетей к правилам, принятым в России, нельзя – но лишать доступа к ним десятки, если не сотни миллионов российских пользователей получится себе дороже.
Именно поэтому, кстати, наиболее серьезную показательную порку в России получил именно Twitter, доступ к которому Роскомнадзор замедлил в марте этого года. Произошло это после того, как сервис микроблогов четыре года (!) игнорировал предписания Роскомнадзора, признавало само ведомство. При этом активных пользователей у Twitter в России крайне мало – на начало IV квартала 2020 г. их было менее 700 000. То есть массового пользователя эта активность Роскомнадзора никак не затронула.
Вряд ли стоит ожидать от регулятора каких-то радикальных шагов. Конечно, можно обратиться к опыту Китая, где блокировать западные сервисы получается очень неплохо. Но китайские пользователи давным-давно живут в виртуальном мире, заметно отличающемся от российского: они имеют дело с мощными экосистемами, содержащими и мессенджеры, и платежные сервисы, и интернет-магазины, и многое другое (самый яркий пример такой экосистемы – Tencent).
В России такие экосистемы только начинают формироваться, и не известно, достигнут ли они такого же масштаба и охвата, как китайские. Поэтому без импортных коммуникационных продуктов россиянам пока не обойтись – это настолько очевидно для всех, включая не слишком сведущих в интернете чиновников, что за судьбу иностранных соцсетей и мессенджеров на российском рынке в ближайшие годы можно не волноваться.
Валерий Кодачигов, редактор отдела технологий
Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции
Подписывайтесь на канал «Ведомости»