Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Марина Журавлёва

Больно быть живой

Я дочитала, нет до проживала книгу « Время колоть лёд» Чулпан Хаматоваой и Екатерины Гордеевой. Все пазлы, которые я старательно прятала от себя, вытесняла и не видела, сложились в один большой объём, который мне очень сложно переварить. Как только я начала чтение, с первых страниц осознала, что моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я не смогу её перестать чувствовать у себя внутри. 26 июля я была в Москве, это была личная поездка. О митинге и его разгоне я узнала из ленты фейсбука. Я не смотрю новостей, не читаю их. Точно знаю, что важное до меня дойдёт. Так и случилось, были фото, видео и сообщение о группе поддержки, тех, кто пострадал на митинге. Группу организовывали, не знакомые мне коллеги. И вот у меня эта книга, что я начала читать. Она не только о смертельно больных детях, о которых не заботится государство, скорее о нашем обществе, где живу и я, и мои дети, и уже и внучка. «Время колоть лёд», вокруг себя, чтобы всё не покрылось страшной коркой равнодушия, когда чувства зам

Я дочитала, нет до проживала книгу « Время колоть лёд» Чулпан Хаматоваой и Екатерины Гордеевой.

Все пазлы, которые я старательно прятала от себя, вытесняла и не видела, сложились в один большой объём, который мне очень сложно переварить.

Как только я начала чтение, с первых страниц осознала, что моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я не смогу её перестать чувствовать у себя внутри.

26 июля я была в Москве, это была личная поездка.

О митинге и его разгоне я узнала из ленты фейсбука. Я не смотрю новостей, не читаю их. Точно знаю, что важное до меня дойдёт.

Так и случилось, были фото, видео и сообщение о группе поддержки, тех, кто пострадал на митинге. Группу организовывали, не знакомые мне коллеги.

И вот у меня эта книга, что я начала читать.

Она не только о смертельно больных детях, о которых не заботится государство, скорее о нашем обществе, где живу и я, и мои дети, и уже и внучка.

«Время колоть лёд», вокруг себя, чтобы всё не покрылось страшной коркой равнодушия, когда чувства замерзают так, что их уже невозможнее не отодрать, не отморозить.

Когда свобода слова осталась, как эхо, в которое с трудом верится, что оно было.

Сочувствие и сопереживание к героям книги сменяется то гневом, то растерянностью, то огромным удивлением, а порой и ужасом. И так можно?

И я здесь живу и ничего об этом не знаю…

Благодаря этой книги отмёрзла, отогрелась в тепле этих страниц и ожила какая-то глубокая и глубинная часть меня, о существовании которой я не знала.

Там таял лёд, выходя вместе со слезами, без всхлипов и рыданий.

Капала вода, точно весной, но без весёлой капели, играющей на солнце.

Живой быть очень больно. Но это для меня про настоящее, не придуманное БЫТЬ.

Огромная благодарность Чулпан Хаматовой и Екатерине Гордеевой и ещё многим и многим людям, что упоминались в этой книге.

За эту мою «живую» часть меня.

Рекомендовала её всем моим друзьям, даже не знаю, рискнёт ли кто её прочесть, но я очень надеюсь на это.

» Время колоть лёд…Не весь. Ну хоть вокруг себя.» это одни из последних строчек книги.