Такое состояние души в конкретный период времени, отчет о пристрастиях. Своего рода дневник о развитии одного человека, о его вкусах, шорах, устремлениях и заблуждениях.
Одни и те же книги и фильмы в одном возрасте могут оставить равнодушными, в другом возрасте, в другое время, с другими переживаниями или с другой степенью образованности могут явиться откровением. Так же и мысли.
Буду добавлять видео своих работ, потому что связал свою жизнь с изображением. То от чего шёл и к чему пришёл. Но пока 1985 год. Еще немного наивно. Всё что записал тогда -
1985г
Поезд «Краснодар-Москва». Зима, февраль. Возвращаюсь из армии. Служба, инструктором по комсомольской работе новороссийского погранотряда закончилась. Тем не менее, два года, хоть и на курорте, стране отдал.
Краснодар. За окнами чернеющие поля.
Донецкая область. Поля чуть покрыты снегом.
Курская область. Всё в снегу.
Подмосковье. Ничего не видно. Окна плотно расписаны морозными узорами.
Люди, приехавшие издалека в столицу нашей родины в надежде что-то купить. Все их мысли неразрывно связаны с мыслью о продуктах, о добывании продуктов и об унижении.
Зажатый апельсин в руке измученной, запачканной девочки, сидящей на горе сумок. Апельсин сейчас предел её мечты. Другой мечты в её глазах нет.
Вернувший домой из Москвы, они устроят себе настоящий праздник. Дом с продуктами, добытыми в таких муках вдалеке, для них настоящий праздник. Поедание этих продуктов в своем доме – огромная радость!
Мое возвращение из армии домой продолжается. Вот уже в Горьковской области, почти дома.
Ресторан днем. Заходят колхозники, мать и сын. Официант занят своим делом, – изучает калькулятор. Скорее всего, он его увидел впервые в жизни.
Пауза.
- Тут у вас можно поесть?
- Садитесь.
Садятся. Сидят. Официант занят своим делом.
- У нас все дорого.
- Так, не дороже денег, – улыбнулась женщина.
Подошёл.
- А что уж хлеба-то так мало принес? Мы ведь колхозники.
- Ну, зачем, мам? Хватит тебе, – краснея, шепчет сын.
- А что я такого сказала?
*
- Мама, а почему Сережа не ходит с тобой за ручку?
- А он уже большой. Говорит, что ему неудобно.
- А мне не неудобно.
Мчится время. Одни взрослеют, другие стареют, одни умнеют, другие глупеют. В каждом горит огонь жизни настолько, насколько тот позволяет ему гореть.
*
Стайка голубей. Женщина бросает им хлеб и крестится.
*
Что за странная привычка отмечать праздники парадом Вооруженных сил? Не демонстрация ли это...
(Странная, незаконченная запись, о чем я подумал тогда в 1985)?
*
На улице стоит та киевская осень, которая так долго и мучительно переходит в зиму, что нередко заканчивается весной.
В любви, как и в режиссуре закон один: насильно мил не будешь. В режиссуре, что и в любви, стоит тебе немного увлечься, и уже нет сил противостоять, и ты отдаешься этой страсти полностью. Ни о чем не хочется так говорить влюбленному, как о предмете своей любви. Иногда приходится себя сдерживать в этом.
*
На каникулах у родителей встретился со знакомым.
- Привет.
- Привет.
- Ты, я слышал, поступил учиться куда-то?
- Да.
- А мы вот лен возим.
Разговор происходил в четыре утра возле бензоколонки. Один, проклиная непогоду и раннее утро, ехал на рыбалку. Другой перевозил на грузовике колхозный лен.
*
Киев мне сразу показался уютным и родным.
Смотрел ли фрески Софии, бродил ли по пещерам Киево-Печерской Лавры или же останавливался возле памятника Владимиру, а потом заходил к Историческому музею (возможно, самому древнему месту в городе), я часто забывался, устремлял свой взор в прошлое. Одно, когда я о нем знал по учебникам, другое – оказаться в историческом месте.
Так стоя позади памятника Владимиру, видя на фоне креста современный город, думал: «Как быстро идет время! Со времени крещения Руси в историческом плане прошли, наверное, считанные мгновения. Кстати, сколько интересного может быть впереди, тоже через считанные в историческом плане мгновения».