Ветер
На следующий день они проехали почти полдня прежде, чем им повстречалась очередная деревня.
- А города у вас есть? – поинтересовалась Анна. – Или только деревни?
- Города есть, - Виктор спешился и стал всматриваться в дома. – Но их не очень много. В нашем мире люди не нападают друг на друга, да, и торговлю практически не ведут. Нет причин для создания крупных городов.
Деревня была очень красивой. Высокие дома с узкими крышами, стремящимися в небо. Очень много окон. В это время года все они были украшены причудливыми узорами.
Виктор заметил зачарованный взгляд Анны.
- В этой деревне живут измерители звезд, - пояснил он.
В школе был факультет измерителей звезд. Ребята там учились читать звезды. Рисовать карты, предсказывать погоду и даже прогнозировать будущее.
- Как там компас? – напомнила Валентина.
Анна отвлеклась от созерцания домов и достала из кармана компас. Стрелка все еще бешено крутилась.
Она подняла виноватый взгляд на остальных, будто что-то от нее зависело. Виктор коротко кивнул:
- Значит, двигаемся дальше, - он указал рукой в проулок между двумя трехэтажными домами. – Только сначала дадим единорогам и псу передохнуть.
Они прошли по мостовой, выложенной ровными булыжниками. На одном из домов висела ярко-желтая вывеска "Вкусно, как дома".
Виктор перехватил поводья у женщин:
- Я распоряжусь, а вы пока пройдите внутрь.
Это нельзя было назвать таверной, скорее, кафешкой, но в этом мире таких названий не было. Чистенький зал с небольшими столиками. Людей мало и говорят они тихо, не мешая друг другу. Хотя, конечно, новые люди в городе вызвали пару-тройку удивленных взглядов.
К ним подошла высокая худая женщина в голубом пончо и темных штанах.
- Проездом?
Валентина кивнула:
- Поесть у вас тут можно?
Женщина широко улыбнулась, откинув назад длинные светлые волосы:
- А так же попить и поспать! – Она жестом пригласила следовать за собой. Легкая, витиеватая походка выдавала в женщине натуру позитивную и жизнелюбивую.
Она выбрала столик практически в самом центре. Видимо, чтобы подхлестнуть любопытство посетителей и заработать своему заведению несколько лишних баллов.
- Ночлег нам не нужен, - уточнила Валентина, отодвигая стул. – Пообедаем и отправимся дальше. Три порции, принесите, пожалуйста. К нам присоединится друг.
- А ваш друг предпочитает рыбу или мясо? – уточнила улыбчивая хозяйка.
Валентина вопросительно посмотрела на Анну, та пожала плечами.
- Предположим, что мясо, - ответила Валентине.
Женщина кивнула и ушла. Через какое-то время пришел Виктор. Он присел на свободный стул.
- Ваш пес пожелал остаться с единорогами, - пояснил он, снимая перчатки и расстегивая куртку.
- Ан, нет, все-таки рыбу! – воскликнула подошедшая хозяйка.
Виктор поднял на нее глаза и приветственно кивнул:
- Серента, день добрый.
- Добрый, добрый, - ответила женщина. – Придется вам поесть мясо. Ваши спутницы ошиблись в ваших предпочтениях.
- Ничего страшного, - он принял из ее рук тарелку и поставил на стол.
Анна перевела взгляд с женщины на Виктора:
- Вы знакомы?
Тот не понял ее удивления:
- Я со многими знаком.
Серента без лишних церемоний пододвинула стул и села.
- Такому путешественнику, как вы, можно только позавидовать. – Она поставила локоть на стол и уперла подбородок. – Куда на сей раз направляетесь?
- На север, - неопределенно ответил Виктор, нарезая мясо на куски.
Серента задумчиво покивала, отодвигаясь от стола. Внезапно улыбка покинула ее лицо.
- Только не сворачивайте на север, в Кьют. Там снова видели драконов.
- Видели? – спросил Виктор.
- Драконов? – одновременно с ним воскликнула Анна.
- Они не нападали? – уточнил Виктор свой вопрос.
Серента отрицательно помотала головой.
- Говорят, дети видели их над лесом, потом вдоль дороги летели. В общем, в движении. Убить никого не пытались. Даже деревню не сожгли. Анимаг местный несколько раз деревню эвакуировал, потом уже жители плюнули и отказались уходить.
- Ладно, спасибо за предупреждение, - поблагодарил Виктор.
Серента больше навязываться не стала и ушла к другим гостям.
- Не думала, что вы – путешественник, - прокомментировала Анна, когда та ушла.
- Если иметь в виду "шествует по пути", то да, - кивнул Виктор. – А, если иметь в виду того, кто просто гуляет по миру, то нет, я не трачу свое время на пустое.
- Значит, вы "шествовали по пути"? – уточнила Анна.
Виктор кивнул, быстро разделался с мясом и встал.
- Я подожду вас на улице.
Начинался снегопад. Виктор натянул перчатки и огляделся. Улицы были пусты. Измерители звезд днем спали. Виктор повернулся в сторону сарая, заменяющего здесь стойло для гостевых животных, и практически столкнулся с Серентой.
- Не ходи в Кьют!
Виктор скривился и попытался ее обойти.
- Я и не собирался.
Серента схватила его за локоть, чтобы остановить. Ее глаза были полны решимости, а голос подрагивал от страха.
- Его там нет!
Виктору хотелось ответить "откуда ты знаешь", но он решил не развивать тему.
- Я не собираюсь идти в Кьют. И тем более – искать его. Если бы он хотел, то сам бы меня нашел.
Виктор мягко убрал ее руку и продолжил свой путь.
- Если бы он только мог… - печально протянула Серента.
Тихо, чтобы Виктор не услышал. Она обернулась и столкнулась с Анной, чуть не потеряв равновесие. Анна машинально схватила ее за руку. Серента ухватилась в ответ, и ее затрясло в лихорадке. Она увидела картину из будущего Анны, потом следующую и следующую, и каждая последующая была страшнее предыдущей.
Серента с трудом вырвала свою руку и испуганно посмотрела на Анну. Внезапно она увидела перед собой не нерешительную чужестранку, а ту, кем она станет, когда пройдет все эти ступени своего жизненного пути. Она испытала одновременно страх за эту женщину и уважение за ее внутренние силы. Серента встряхнула головой и положила руку на ее сумку.
- В нужный момент не забудь про "Оживин", - негромко напомнила она и скрылась за дверьми.
- Оживин? – непонимающе переспросила Валентина, закидывая рюкзак за спину. – Это что такое?
Анна так же непонимающе хлопала глазами вслед Серенте.
- Таблетки такие, местные, - бросила она свекрови, и они пошли к сараю, откуда Виктор уже выводил единорогов.
Они запрыгнули в седла, Анна снова проверила компас и уточнила:
- Просто на север?
- Да, - кивнул он и тронул поводья. – Уедем, как можно дальше.
Снегопад усиливался, скоро ехать будет совсем невозможно и придется остановиться. Виктор хотел пройти как можно больше. Цезаря пустили вперед, чтобы он не отстал. Передвигаться по снегу псу было сложновато.
- Мы можем организовать сани, если совсем будет невмоготу, - предложила Валентина, посмеиваясь.
Цезарь гордо вздернул голову и увеличил шаг.
Они проехали еще две деревни прежде, чем начало смеркаться. Компас все еще сходил с ума, и Анне стало казаться, что вся эта затея с компасом может и не сработать. Она украдкой поглядывала на Виктора, ожидая каких-нибудь комментариев, но он ехал молча. Казалось, ему было не важно, приведет куда-нибудь дорога или нет.
Лошади начала уставать, и они перешли на шаг. Пологий склон привел к мосту через небольшую речушку, вокруг открывался замечательный вид. Замерзшая река, застывшие в зимнем убранстве редкие деревья и спрятавшаяся между холмами деревушка. Большие раскидистые крыши были покрыты шапками снега, из труб струился, уходя в небо, белесый дымок.
Не смотря на то, что Виктор сумел организовать им довольно сносный ночлег в поле, переночевать в нормальном доме было бы комфортнее.
Найти таверну с гостевыми комнатами не составило труда. Она находилась сразу при въезде в деревню. Как обычно, Виктор ушел устраивать животных, отправив женщин заботиться об ужине. Внутри было тепло, но пустынно. За высокой барной стойкой стоял такой же высокий мужчина с бородой, упирающейся в грудь. Он вытирал чашки полотенцем. По залу бегали двое детей, мальчик и девочка, они смеялись, задевали стулья и углы столов. Но, при виде гостей, остановились, как вкопанные.
Бармен тоже замер. Видимо, посетители здесь были большой редкостью. Он поставил кружку и положил полотенце. Блеснули крылья. Значит, летун.
- С добрым вечерочком, - приветствовал он, выходя из-за барной стойки.
Дети, наоборот, туда убежали.
- Ужин, выпивка, ночлег? – предложил он, широким жестом указывая на один из столиков.
- Да, - Валентина сняла дубленку и повесила ее на спинку стула. – И можно в том же порядке.
Бармен стряхнул со стола несуществующие крошки и широко улыбнулся.
- Курица, кабан, рыба? Пиво, вино, чистый?
- Курицу и вино. Сыр есть? – спросила Валентина.
Мужчина ухмыльнулся и еще больше выпрямил и без того прямую спину.
- А то, - коротко бросил он и закинул полотенце на плечо.
Валентина перевела вопросительный взгляд на Анну:
- Милая, тебе что?
Девушка сидела, уставившись в дверь, но вздрогнула, услышав свое имя.
- Мне тоже самое. И еще рыбу принесите, мы не одни.
Бармен кивнул:
- Для "не одни" порцию женскую или мужскую нести?
- Мужскую, - ответила за нее Валентина.
- Может, ты перестанешь уже переживать о том, что он там подумает или скажет? – процедила она сквозь зубы, когда бармен ушел.
Анна вздрогнула.
- Это все бессмысленно, - попыталась объяснить девушка. – Наш поход больше похож на увеселительную прогулку. Подумайте сами, – Анна начала жестикулировать, чтобы придать веса своим словам. – Мы уже два дня идем. Просто пытаемся уйти "подальше". На нас никто не нападает, я не проваливаюсь в ямы, не ругаюсь с местными. Какой смысл ему идти с нами? И зачем я взяла Цезаря? Бедный пес весь измучился идти по снегу.
- А тебе было бы легче одной? – удивилась Валентина.
- Вы не понимаете, - девушка развела руками. – Мне вообще не тяжело.
В этот момент дверь открылась, и вошел Виктор. Он стряхнул снег, снял куртку и повесил ее на крючки при входе, которые женщины и не заметили.
Как раз пришел летун, он приветственно кивнул Виктору и поставил на стол поднос. Расставив тарелки и высокие стаканы, он откупорил бутыль с вином, тут же разнесся терпкий вишневый аромат.
Виктор отрицательно покачал головой:
- Мне только воду.
Бармен равнодушно пожал плечами.
- Вы не пьете? – поинтересовалась Валентина, пригубив вино.
Виктор одарил ее хмурым взглядом и принялся разделывать рыбу:
- В неизвестной таверне, в неизвестной деревне?
Валентина откинулась на спинку стула:
- По-моему, вы слишком осторожничаете.
- Ну, хотя бы я осторожен, - коротко бросил он.
Вот здесь Анне нужно было принять чью-то сторону. С одной стороны, учительский пафос Виктора обязывал поступить правильно, с другой – ей очень хотелось расслабиться.
- Немного вина не повредит, это полезно для пищеварения и нервной системы, - пояснила она, взяв стакан.
Он поднял на нее взгляд. Ей показалось, что в вечно хмурых серых глазах блеснул озорной огонек.
- Вы сейчас оправдываетесь?
Вино теплым нектаром проникло внутрь, стремительно расслабляя все мышцы, вплоть до кончиков пальцев.
- Может быть, - Анна пожала плечами и улыбнулась.
Вскоре вино развязало язык, и ужин продолжился в теплых воспоминаниях об Иномирье. Анна достала компас и положила его на стол, надеясь на чудо, но чуда не происходило. Валентина рассказывала о своем хозяйстве, о козе, курах, приблудившемся псе. Рассказывала истории, которые происходили летом с внуками. Некоторые Анна слышала впервые.
В таверне было сильно натоплено. Вскоре вкусный ужин и домашнее вино сморили Валентину, и она попросила отвести ее в комнату. Летун поручил одному из детей проводить гостью.
Анна с трудом сдерживала зевоту. Она встала из-за стола и взяла куртку.
- Пожалуй, я проведаю Цезаря и тоже пойду спать.
- Я провожу, - Виктор кивнул и встал.
Анна вдохнула живительный холодный воздух и вспомнила, как на даче у Валентины любила утром умываться легким, пушистым снегом. Она прогнала эту мысль, чтобы не повторить процедуру и не выглядеть перед Виктором выпившей дурехой.
На улице было достаточно светло, не смотря на опустившуюся ночь. Ярко светили звезды, отражаясь в искрящемся снеге. Маленькие окошки конюшни были тускло освещены. Анна тихонько приоткрыла дверь, чтобы не разбудить спящих животных. Вкусно пахло сеном и сухим деревом. Это был сарай с несколькими стойлами, у дальней стены стояла печь, у которой в данный момент грелся Цезарь. Он положил голову на вытянутые лапы, глаза были открыты.
Анна попыталась неслышно к нему подойти, чтобы проверить, спит ли он. Цезарь часто спал с открытыми глазами. Она осторожно наступила на солому, которой был устлан пол, и, конечно же, споткнулась обо что-то в этой соломе. Она взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, скользнула по столбу, на котором висела упряжь, но точно бы упала, если бы Виктор ее не подхватил.
- Вы вообще не умеете стоять на ногах? – сердито прошептал он, возвращая ее в вертикальное положение.
Но, вместо того, чтобы огрызнуться в ответ, Анна внезапно прильнула к его губам. Они были мягкими, но холодными. Она почувствовала, как током пронзило все тело, и испуганно отпрянула, врезавшись головой в столб.
Виктор схватил ее за талию, отодвинул от столба и тут же отпустил. Он был растерян и рассержен одновременно.
Анна прижала место удара рукой. Она опустила глаза, не в силах смотреть на Виктора.
- Простите, это алкоголь.
Она попыталась как можно быстрее покинуть конюшню. Виктор ничего не сказал. Он, молча, последовал за ней, не отступая ни на шаг, опасаясь, что она вновь куда-нибудь врежется.
Летун уже ждал, чтобы проводить гостей в их комнаты. Анна скрылась за дверью в попытке избежать возможности наделать еще больше глупостей.
В полутьме девушка нашла кровать и бросилась на нее прямо в куртке. В крови не осталось ни грамма алкоголя. Так было всегда: она пила мало, пьянела быстро и быстро потом трезвела.
Разве могла она совершить еще большую глупость?! Распыляться перед свекровью, как ей неудобно перед Виктором и тут же поставить его в такое положение!
Анна повернулась, уткнулась в подушку и взвыла. Она - бессовестная, беспринципная стерва! Детей бросила, мужа потеряла, вечно попадает в опасные ситуации, а теперь еще и наплевала в душу единственному человеку, который ей всегда помогал. Пусть и не по собственной воле и так складывались обстоятельства, но факт остается фактом. Он всегда оказывался рядом.
Так больше нельзя! Анна выждала пару часов, чтобы все наверняка уснули, и спустилась вниз. Дверь за баром была приоткрыта, и оттуда шел тусклый свет. Девушка постучала и открыла дверь шире. Все тот же летун месил тесто в большом тазу. Рукава серой рубахи были завернуты выше локтя, а на лбу проявилась испарина. Он обернулся, но не удивился:
- Не можете уснуть? Еще вина?
Анна помотала головой.
- Я хотела бы незаметно уйти. Не подумайте ничего такого, - поспешила она оправдаться, но летун ее перебил.
- Если вы не убили своих спутников в моей гостинице, то все остальное меня не касается.
Анна положила на стол сложенный лист бумаги:
- Не могли бы вы передать это моим друзьям? И нет ли у вас единорога взамен моего? Наших стережет пес, а я…
Летун кивнул:
- Помню, помню, незаметно. Пройдите по главной улице, третий дом будет освещен, там живет мой брат. Он разводит лошадей. Скажите, что вы от Ло, он продаст вам лошадь, они не сильно отличаются от ваших единорогов.
Анна не стала объяснять, что с лошадьми она даже больше знакома. Она оставила пару монет поверх записки и вышла из таверны.
На улице похолодало, и на миг девушка подумала, верно ли поступает? Но она заставила себя идти дальше. В деревне стояла абсолютная тишина. Собак в этом мире Анна до сих пор не встречала. Думается, в любой другой деревне дворовые Жучки уже подняли бы лай, учуяв чужака.
Анна нашла освещенный дом и постучала в ворота. Не прошло и минуты, как створка отворилась. В воздухе парил летун.
- Не поздновато ли для визитов?
- Но вы же все равно не спите, - парировала Анна. – Я от Ло. Он сказал, что вы сможете продать мне лошадь.
- О, как! - летун отлетел, пропуская девушку внутрь. – Только не говорите, что вы в нашу деревню явились ради лошади.
Анна остановилась в ожидании, что летун спуститься на землю. Говорить с задранной головой было крайне неудобно.
- А это имеет значение?
Брат Ло задумчиво рассматривал незнакомку:
- Почему я чувствую, что вы уже имели дело с лошадьми?
Анна выдержала его взгляд.
- Потому что так оно и есть. Мне нужна выносливая лошадь, идти придется долго.
- Готовы заплатить? – он спустился и оценивающе осмотрел девушку.
Конечно, Анна не так давно жила в этом мире, но уже кое-что понимала. Летуны ощущали связь со всем живым, даже с деревьями. Не говоря уже о лошадях. Вряд ли в данный момент его интересовала ее платежеспособность. Скорее, каковы у лошади шансы выжить в такой компании?
- Я сижу в седле с 5 лет. Именно в седле лошади. Моей последней лошади 17 лет, и она все еще жива и здорова.
Возможно, последнее говорить не стоило. Может, для местных лошадей это плохой показатель. Но летун одобрительно кивнул, и Анна смогла расслабиться.
- Пойдемте, рыжеволосая наездница. Я знаю, кто вам нужен.
Летун снова воспорил. Ходить ему, определенно, не нравилось.
Лошади спали, некоторые посапывали. Навстречу вышла высокая худощавая собака, похожая на русскую борзую. Белая, в больших рыжих пятнах.
Летун скользнул ладонью по ее голове и направился вглубь конюшни. Анна собак не боялась, поэтому бросила ей спокойное "привет" и последовала за летуном.
Конь в самом последнем стойле не спал. Это был высокий, статный черный красавец со смоляной гривой. Красавец, но глаза отталкивали. Затянутые поволокой, безжизненные.
- Что с ним? – испуганно спросила Анна у летуна.
Тот приземлился, спрятал руки в карманы черных штанов.
- Я не знаю. Вернулся таким четыре месяца назад. Никакого прогресса.
Анна в изумлении уставилась на летуна:
- Хотите продать мне коня со сломленной психикой?
- Нет, - воскликнул летун. – Хочу отдать! В вас столько жизни, что, может, и ему немного перепадет.
Анна еще раз посмотрела на коня. Чем-то он ей напомнил Виктора в их первую встречу. Не агрессивный, конечно, но уныние, казалось, сквозь кожу сочится.
- Я согласна. Сама его запрягу.
Летун открыл стойло и вывел коня.
- Его зовут Ветер. Раньше так звали.
Анна кивнула и поспешила запрячь коня. Летун выделил ей черное седло с красным узором. Скоро расцветет, и в таверне поймут, что она ушла. Нужно было спешить.
Анна запрыгнула в седло.
- Я постараюсь дать весточку о его судьбе, - пообещала она. – Как вас зовут?
- Ви, заводчик лошадей.
Ви похлопал коня по крупу, словно наставляя на новый путь, и открыл ворота.
Анна вывела коня и направила его прочь из деревни. Ветер аккуратно ступал по предутреннему снежному насту, но, стоило им оставить позади последний дом, конь пустился галопом, полностью оправдывая свое имя. От неожиданности Анна захлебнулась морозным воздухом. Она натянула шарф повыше на лицо, пытаясь не упустить поводья.
Так они бежали навстречу зарождающемуся рассвету, все дальше от родных Валентины, Цезаря. И Виктора, чье существование настойчиво вгрызалось в жизнь Анны, в ее сердце и мысли.
У первой же развилки Анна повернула налево, чтобы Виктор не нашел ее.
Татьяна Маймулина