Хронополитика от слова «хронос», то есть «время» это не только борьба за модели будущего, это борьба за время вообще, в целом за наше прошлое, за наше настоящее и за наше будущее. Потому что нет будущего без нашего прошлого и нашего настоящего. Если ломаются исторические коды, если огромная категория населения теряет ориентацию в политическом пространстве, философском, они уже не понимают, в какой стране живут, кто были их предшественники — боги или демоны. И тогда они не могут понять, а куда мы дальше движемся. И то что было до нас — это можно использовать? На этом можно базироваться? Или от этого нужно отказаться? А что тогда брать за основу?
И тогда начинается борьба за модели будущего, если мы отказываемся от нашего прошлого, причем с разными степенями глубины. Можно отказываться от прошлого времен Ивана Грозного, можно отказываться от прошлого Петра I, которого тоже ломают об колено сейчас, можно отказываться от русской империи. всех достижений царей, которые возглавляли Россию. Можно, наконец, отказываться от всего красного периода, от Великой Октябрьской революции, от Великой Отечественной войны. Можно отказываться от нашего космоса и поносить его, как мы видим сейчас и делается определенными категориями тех, кто как раз играет в хронополитику для в своих целей. Если мы от всего отказываемся, то мы в пустоте, мы вообще подвешенные непонятно за что. Если происходит ситуация, когда первый президент России Борис Николаевич Ельцин выходит на трибуну конгресса и говорит: господа конгрессмены, я должен вам доложить, что империи зла разрушена, какое будущее у этой страны будет?
Вот мы и получили 90-е годы. Мы получили то, что сейчас с большим трудом нынешнее руководство пытается собрать, те осколки, останки, кровоточащие раны, которые не заживают на теле России. Вот это и есть хронополитика в нашей стране, Великой России, Великой империи. В советской стране, Советском Союзе были заложены модели, которые обеспечивали нам прекрасное будущее в геополитическом плане. Если нету хронополитики. то вообще нельзя говорить о геополитике. Мы какое пространство собираемся охранять? Какое пространство собираемся возвращать? Какое пространство собираемся захватывать в конце концов?
Когда мы начинаем задавать конкретные вопросы обо всех последних десятилетиях, то и возникает вопрос о хронополитике. Надо начинать с Хрущёва Никиты Сергеевича. Нужен ли был тот XX Съезд партии, в каком виде он произошел? И все ли там было правильным? И у самого Никиты Сергеевич руки по локоть в крови были из-за расстрелов на Украине, когда он был первым секретарем, да и в Москве, и везде. Мой дед Василий Саныч Бубнов был на протяжении 30 лет НК партии, работал по поручению Хрущева, ездил на Украину и уничтожал расстрельные списки. Хрущевым было уничтожено больше людей, чем любым другим руководителем. Мы сломали нашу историю в красный период, когда огульно все, что делалось при царской власти, мы разрушали. Наши задачи по постройке модели будущего зависят от того, как мы сложим все белое и красное в развитии России, как мы сложим все выделенные периоды, те, что работали на будущее. Иван Грозный объединил Русь, за что его надо очернять? Гениального человека, писавшего стихи. Он вел переписку со всеми монархами Европы, причем он считал себя родовым монархом и ко многим европейским, которые были либо выборные, либо вышли из простых людей, он обращался как к равным. А его в недавнем фильме показали сумасшедшим и самодуром. Это отвлечение — тоже хронополитика. Просто есть люди, которые пытаются влиять на историю в негативном плане, которые продолжают ломать наши исторические коды.
В последние годы я обратился к теме цифровой экономики и цифровой политики. Она родилась не в недрах Всемирного экономического форума у господина Шваба, который начал с 2013 года это педалировать для каких-то своих целей. Это все родилось у нас. Я внимательно изучал этот вопрос, я его неплохо знаю, несмотря на то, что у меня только юридическое образование. Все эти перипетии происходили у нас в стране с конца 50-х годов. Ровно 60 лет назад академик Виктор Глушков, великий советский кибернетик пришел к Алексей Николаевич Косыгину и предложил план алгоритмизации управления на основе искусственного интеллекта всей системы экономики и социальной политики Советского Союза. Косыгин поддержал. Потом начались создание различных комиссий, и прочее и прочее, и в итоге все это загробили. Номенклатура сломала проект. Я в одной из статей как раз писал, что нынешняя цифровая революция у нас может закончиться тем, что номенклатура опять может сломать цифровой проект, который нам необходим. Нам необходимы алгоритмизация, мощная система суперкомпьютеров, мощные продвинутые алгоритмы с нейросетями, которые будут всем этим управлять. Если это все будет построено, то конечно возникнет необходимость замены кадров, нужны будут управленцы-технократы. Номенклатура будет страшно сопротивляться, будут сопротивляться сети коррупционеров, потому что эта система, цифровая революция предполагает полную прозрачность, правду в цифрах по всем направлениям, открытость основных цифр, когда можно все проверить. И воровать станет невозможно.
Когда мы говорим об образе будущего, речь ведь идет об образе будущего для всего человечества. Я не отношусь к тем людям, которые уповают на мировое правительство, на достижение всемирного счастья. Никогда этого не будет, все равно будет геополитика и будет хронополитика. Страны, которые сформировались, имеют свое геополитическое пространство и будут строить хронополитику на своей территории. Вот здесь соединение геополитики и хронополитики, но для этого надо четко знать, какую территорию мы имеем в виду сейчас. О какой России мы говорим: о той, которая осталась, или о Российской империи, или о Советском Союзе. У китайцев все четко сказано в их модели будущего, у японцев тоже. И никто всемирного счастья достигать не будет. Будут строиться модели будущего для достижения счастья своего народа, на территориях, которые исторически определены этим народом.
Гениальный философ Ник Бостром говорит о мировом правительстве, но этого никогда не будет. Например, из-за того же Китая, который никогда не станет мусульманской страной. Многие не откажутся от идеи национальных государств. Чтобы создавать какие-то наднациональные структуры, надо договариваться. А мы видим, все эти договоренности летят в пух и прах, ничего не удается. Тот же brexit показал, что как не договаривались о Единой Европе, британская корона не захотела подчиняться непонятно кому и чему, непонятно кем избранной Европейской Комиссии, сборищу совершенно часто деградированных людей или евробюрократам. Европейский суд по правам человека принял в этом году решение о том, что принудительная вакцинация — это величайший акт развития прав человека. То есть можно сказать, что он фактически самоликвидировался после этого. И это только одна из подобных бредовых идей.
У России пока нет своего образа будущего. В его формировании простые люди принимают опосредованное участие. Главная ответственность на политической, экономической и научной элитах. Будет ли у нас централизованное государство? Или будет усиление централизованного управления? Какие вообще у нас будут цели? Пока эти вопросы решатся не будут, мы образ будущего не построим. У нас сейчас нет ни модели, не псевдомодели, и об этом никто не говорит. Есть куча программ, планов, проектов. Но это не модели будущего, они не объединены одной идеей.
Благодарю за прочтение статьи, надеюсь она была вам интересна и полезна. Прошу вас подписаться, поставить лайк, а также оставить своё мнение в комментариях.
До новых встреч на моём канале!