Бывают исторические сериалы, выглядящие больше историческими, чем сериалами. Игровое кино, приближающееся к документальному. Нет интриг, постельных сцен, надуманных приключений. Зато есть красочные иллюстрации к учебнику истории. Как во французском сериале «Ришелье» 1977 года.
Ришелье для французов фигура, может быть, чуть поменьше, чем Наполеон или де Голль, а в чем-то может быть и побольше. Создатели фильма отнеслись к своему самому известному кардиналу трепетно и очень аккуратно.
Шесть серий «Ришелье» шаг за шагом воспроизводят жизнь кардинала-герцога и первого министра Людовика XIII. От детства до самой смерти. Получается такая визуальная хроника, вполне заменяющая книгу.
Важно, что Ришелье в сериале живет не в вакууме. Здесь воспроизводится двор Луи XIII со всеми более или менее значащими персонажами: король, две королевы (Анна Австрийская и Мария Медичи), серый кардинал отец Жозеф, Мазарини, герцог д’Эпернон, фавориты Кончини и де Люинь и многие-многие другие. Есть даже Рошфор и капитан де Тревиль. Правда, нет д’Артаньяна. Но и без него всё кино – это сплошное наслаждение для любителей эпохи.
Сериал выглядит образцовым иллюстрированным приложением к истории Франции от смерти Генриха IVдо смерти самого Ришелье. Присутствуют все канонические сцены. Например, катающий на спине детей Генрих IV, описанный испанским послом. Или знаменитый скандал между Ришелье, Людовиком и Марией Медичи в «день одураченных».
Произносятся все правильные фразы. Мелькают упомянутые хрониками предметы. Весь фильм нет-нет да показывают того самого попугайчика, что Мария Медичи завещала Ришелье. Историкам известны любимые кошки кардинала – вуаля, они тут тоже есть.
Порой сценаристам приходится выбирать из двух-трех возможных трактовок. В этом случае они выбирают классическую, наиболее распространенную и признанную. Правда, иной раз не избегают соблазна сделать двусмысленный намек. Например, виновность Марии Медичи в смерти Генриха IV так и остается вопросом открытым.
Не все актеры имеют приемлемое портретное сходство с прототипами. Скажем, Ришелье и Людовик XIII вполне похожи на портреты, а вот Мария Медичи… Мда, совсем не та. Больно уж тоща, буквально костлява. В то время, как реальная Мария Медичи, говорят, была дамой пышной.
Не забыта болезненность Ришелье и Людовика XIII. Известно, что оба они часто болели, вплоть до «вот-вот умрет». Так и в кадре их периодически не забывают уложить в постель и заботливо окружить лекарями. А в последний год жизни Ришелье приносят к королю на носилках. Всё это есть и выглядит как достойная уважения историческая реконструкция.
По нашим временам бюджет у сериала невелик. Поэтому в подавляющем большинстве сцены камерные. Действие происходит либо в чьих-нибудь покоях, либо на условных лужайках условного парка. Крупные события, их последствия просто описываются в разговорах.
Никаких батальных сцен, сражений и боев. Хотя в ту эпоху их было немало. Если речь идет о военном походе, то действие чаще всего ограничивается разговорами у походных палаток или у какой-нибудь обозной телеги.
Сценаристы не стремятся добиться какой-либо особой психологической убедительности действий и поступков героев. Им вполне достаточно, чтобы герои произносили правильные, выверенные по учебнику слова. Порой даже без связи со следующими или предыдущими сценами. Этакие условные сценки в исторических декорациях.
«Ришелье» сериал совсем не в духе всяких нынешних «Тюдоров» или «Медичи». В этих сериалах важна увлекательность, интрига, яркие характеры. В «Ришелье» же присутствует лишь историческая достоверность. Настолько, насколько она возможна в кино.
Поэтому «Ришелье» сегодня многим покажется скучным и неинтересным. Где «движуха», где «игры тронов»? Их нет. Есть, повторю, прекрасные иллюстрации к учебнику истории. Эти иллюстрации тем прекраснее, что с костюмами и интерьерами проведена тщательная работа. Всё красиво и убедительно.
Хотите узнать о жизни кардинала Ришелье? Можете, конечно, прочитать какую-нибудь серьезную книгу вроде серии ЖЗЛ. А можете просто посмотреть кино. Лучше, конечно, сделать и то, и другое. Но это уж для особых любителей Франции первой половины XVII века.
7 из 10