Названия глав пишу спонтанно, не обессудьте. И не торопите меня, мне же нужно предельно честную книгу написать. А чтобы это сделать, надо слушать свою душу. Как завещал Лукич.
Вот. Завещал… Давайте о Лукиче скажу. Хотя вот как сказать так, чтобы никого не обидеть. И Лукича тоже.
Давайте так скажу: он умер в трехмерном мире. Но я верю что он просто перешел в другое измерение. Хотя как он может умереть, если до сих пор мне пишут письма новые читатели «Монологов» и говорят ему огромное спасибо за добрые сказки.
Не добрые они. Ох, не добрые!
Они скорее уроки, чем сказки. Выучил урок — шагнул дальше в неизведанное раньше. А почему не добрые, потому что последовав за этими сказками душа требует продолжения, но сказки оказались конечными. И многие души завыли. И где тут доброта? Но! Лукич не раз говорил — перечитывайте, каждая сказка имеет много слоев, которые открываются постигающим. Кто постиг? Я нет. Я вечно плетущийся и мало чего понимающий.
Да, я собственноручно переписывал сказки Лукича, придавая им художественное звучание, но мой внутренний скептик часто улыбался, понимая что многое недостижимо.
Вот еще одна тема для размышлений. Достижения. Только что хотел и эту тему отложить на потом, но нет — раз ее вспомнил, значит нужно озвучить.
Стремление к достижениям у меня начались…
Да я троечник по жизни, меня интересовали всегда только личные заботы. Никогда не хотел стать лучше, быстрее, выше. Иногда мысль такая закрадывалась, но поставленные на весы мои личные «хотелки» всегда перевешивали и я напрочь забывал о «достигаторстве».
Но Мир устроен так что если ты о чем то подумал и легко отпустил, то оно обязательно проявится в твоей жизни. Так у меня и получалось. Многие ребята мечтают попасть в элитные войска, специально для этого готовятся, ограничивая другие свои потребности, но судьба заносит их совсем в иные дали.
А я просто хотел быть пиратом. Благородным пиратом. Чтобы вот помогать целым государствам, чтобы…
Но разумом я понимал что такое невозможно, поэтому легко эту идею оставил в детстве. Но Вселенная распорядилась так, что я стал тем, кем хотел. И даже ходил под пиратским флагом на учениях флота. Правда пират я был не настоящий, а именно такой, каким его представлял в детстве — благородный и служащий государству.
