После "ударной" работы завершившейся возведением опорной стены, первого июня, мы торжественно проводили наших первых "балаклавских" дембелей домой. Но отпустили их не всех, некоторых, таких одиозных как Гиви и Шкера, воришку Манжоса, пока "притормозили". Проводы были быстрыми и примитивными. На утренней поверке, командир взвода, зачитал фамилии увольняемых в запас, и приказал выйти из строя: белорус Лосев, питерцы Саунов, Ананьев, Волков, Макаров и кто-то еще. -Получайте парадки, сдавайте форму, постельное белье, затем ко мне в канцелярию, - резюмировал лейтенант. -Коханов, выводи взвод строиться для марша на объект,- эти слова лейтенанта, уже, по нашу душу. Подходим, по очереди, жмем каждому дембелю руку. Я, к "своим" - Макарычу и Волкову, с "особенным" чувством (теперь кровать кого-то из них на нижнем ярусе займу),они тоже, мне полгода мозг "выносили". -Ладно, все пока! Хорошей дороги, - говорю им. И мне -,давай пока! Прямо физически ощущается, что каждому из них хотелось поскорее покинуть это "благословенно-балаклавское" место службы.
Возвращаемся на обед, дембеля все еще в казарме. Теперь все переодеты в парадную форму. Сразу видно кто поедет в ней домой, а кто в гражданской одежде. Первые в отделанных кителях ( погоны со вставками, железные буквы ПВ, шевроны отороченые галуном) и в наглаженных брюках, так, что о них можно было бы "порезаться". С собой у них дипломаты. Вторые (питерцы) в обычной, уставной парадке и со спортивными сумками, в которых припрятан фирменный "шмот". В "гражданку" будут переодеваться после всех формальностей в штабе ОИСБ. У второй группы возникает между собой спор: брать ли вещи с собой, или, зная козни штабных офицеров, оставить их здесь, и затем за ними вернуться. Все-таки решают ехать с вещами. Волков в последний момент, отдает свою гитару фазану Максу. И текст, нашего неформального гимна балаклавского взвода "Я строил на берегу Черного моря, и меня не понять, и меня не понять...", написанного им собственоручно. Такая философская получилась песенка. У нас снова, команда строиться. Опять жмем руки дембелям, и уходим на объект.
Вечером, по возвращению со стройки в казарме, легкий "движ". Освободились нижние места. Я сразу договариваюсь со своим комодом Яблочко, что "приземляюсь" на место Макарыча, но более престижное место у стены, занял мой дед Сариков (с кем работаю в одной бригаде). Это хорошо, он тихий и спокойный. Верхний ярус пока пустует, но ненадолго. Скоро привезут с учебного пункта духов-фазанят. В прикроватной тумбочке, полноценно раскладыаю свои принадлежности. Да, служба налаживается!
P.S. Как, потом рассказывали, начальник штаба "балаклавским" дембелям, все-таки немного "попортил" жизнь.
После того, как дембеля закончили беготню с обходными листами и сдали военники в строевой отдел штаба, им объявили, что день подошел к концу и "уволят" их завтра. Затем перед отбоем дембелям сделали шмон, уж не знаю, что хотели у них найти: вроде придрались к "дембельским" альбомам, взглянув на некоторые фотографии оттуда, у офицеров встали волосы "дыбом"). Короче, альбомы никто не отдал, а обстановка накалилась существенно. Тогда, на следующий день, кое-кому из дембелей отказали записать знаки в военный билет (в скупом на награждении ОИСБ была такая практика, если не было "залетов" по службе, по просьбе увольняемого вписывали знаки в военник и заверяли печатью части).
Конечно, со стороны наших командиров это было некрасиво, непорядочно – в последний раз "куснуть балаклавцев", кто, два года отпахал на благо Отечества. В конце-концов, никакой секретности не было, просто, кто-то проявил, свое собственное памятное видение, нашей погранично-строительной службы... К слову, те дембеля, кто планировал увольнение в "гражданке", переоделись в нее за забором. Из части их выпустили строго по форме.
В оформлении использованы фотографии с сайтов: pogranichnik.ru, pogranec.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!
Другие материалы на авторском канале Погранец на стройке