После того как один из руководителей ГКЧП Владимир Крючков оказался за решеткой, на него посыпались всевозможные обвинения. Так, Александр Яковлев заявил, что в свое время Крючков собирался убрать его, подстроив автомобильную аварию. Спасло его только то, что, узнав об этом из своих источников, Яковлев смог подстраховаться.
Архитектор Перестройки
Александра Николаевича Яковлева не зря называют идеологом Перестройки. Дело в том что именно его в 1985 году Михаил Горбачев назначил на пост заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС. Как утверждает Рой Медведев, автор книги «Советский Союз: последние годы жизни», под руководством Яковлева в стране шла подготовка реформы высших органов власти, в том числе обсуждались вопросы, касавшиеся выборов и поправок в Конституцию. Кроме того, Александр Николаевич настаивал на экономических преобразованиях в Союзе и выступал за свободу частного предпринимательства. Яковлев ратовал за проведение военных реформ и, в частности, за уход СССР от Восточной Европы.
Но наиболее известен Александр Яковлев стал благодаря ослаблению цензуры и провозглашению так называемой гласности. Яковлев снял запрет на публикацию произведений Солженицына, Набокова, Рыбакова, Приставкина, Дудинцева, а также на выход на экраны около 30 ранее запрещенных фильмов. По словам Дмитрия Несветова, автора книги «Кончина СССР. Что это было?», Александр Николаевич способствовал обнародованию секретных протоколов к Договору о ненападении между Советским Союзом и Германией 1939 года и реабилитации репрессированных в 1930-х годах граждан.
Яковлев за и против Крючкова
Неудивительно, что архитектор Перестройки во время августовского путча 1991 года выбрал сторону Бориса Ельцина, а руководитель ГКЧП, председатель КГБ Владимир Крючков стал его противником. Примечательно, что, как утверждает Леонид Млечин, автор книги «КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы», именно Яковлев приблизил Крючкова к Михаилу Горбачеву и содействовал его выдвижению на пост главы Комитета госбезопасности. Хотя предшественник Владимира Александровича Виктор Чебриков перед уходом на пенсию предостерег Яковлева, предупредив, что Крючков плохой человек. После путча Чебриков напомнил Александру Николаевичу свои слова.
Однако Яковлеву и без того пришлось несладко. Как пишет Николай Зенькович в своей книге «Новости из Кремля, сэр», несколько раз кто-то оставлял возле дверей квартиры идеолога Перестройки похоронные венки. А однажды он узнал о готовящемся на него покушении. Якобы какой-то генерал поведал Яковлеву в приватной беседе о том, что на него готовится покушение и скоро он погибнет в автомобильной катастрофе. Тогда Александр Николаевич направился к Владимиру Крючкову и заявил: «Передай своим – они просчитаются. Я оставил письмо, и его опубликуют по трем адресам». Это письмо, по словам самого же Яковлева, начиналось так: «В случае моей внезапной смерти...»
Реакция Крючкова на обличение
Об этой истории Александр Яковлев рассказал тогда, когда Владимир Крючков уже находился в следственном изоляторе «Матросская тишина». Сам Крючков все обвинения Яковлева отрицал. Позже в своих мемуарах «Личное дело» Владимир Александрович назвал их «поразительной по своей беспардонности ложью». То же самое он сказал и своему адвокату Иванову. Крючков уверял, что вообще не разговаривал с Александром Яковлевым. Кроме того, экс-главе КГБ казался странным тот факт, что Яковлев разоткровенничался только через год после путча. Крючков спрашивал, почему архитектор Перестройки не сообщил об этом Горбачеву или журналистам еще тогда, когда он, Крючков, возглавлял Комитет госбезопасности.
Адвокат Крючкова предположил, что Яковлева действительно мог ввести в заблуждение некий военачальник. Однако Владимир Александрович настаивал на том, что никакого генерала вообще не существовало. Примечательно, что тогда же в 1992 году, если верить Федору Раззакову, автору книги «За чьей спиной прячется президент?», в прессе появилось заявление бывшего полковника КГБ о том, что в 1989 году Крючков собирался ликвидировать Бориса Ельцина. Соответствующая операция, которая якобы носила название «Восточный танец», должна была быть реализована во время деловой поездки Ельцина в Таджикистан. Однако никаких официальных обвинений по перечисленным эпизодам Крючкову так и не было предъявлено. Раззаков полагает, что такие «утки» пускались лишь для того, чтобы усугубить тяжелое положение Владимира Крючкова.