Не открою вам секрет, если скажу, что сейчас большинство сидящих получили сроки по наркостатье. Их гораздо больше, чем преступников других “профессий”: мошенников, грабителей, насильников, убийц и киберпреступников. Чаще стал слышать, как заключенный говорит, что сидит по народной статье (то есть за производство, сбыт, приобретение, хранение, перевозку, распространение наркотических средств) Раньше народной статьей считалась статья 158 (кража), сейчас – статья 228. Многие представители народной статьи являются молодыми торчками, еще не видевшие жизни, но считают себя матерыми преступниками, по факту – конечно, всё наоборот. Скорее всего, они уже никогда не смогут адаптироваться к суверенной жизни, на воле снова пристрастятся к зависимости от наркотиков.
В тюрьме наркоманы не редко ведут аморальный образ жизни: крадут, подстрекают, устраивают подставы, крысят и “стучат”. Наркоманы готовы пойти на всё, лишь бы найти дозу, когда вновь возникает ломка. В нашем лагере живет много наркоманов, которым ампутировали конечности. Эти заключенные буквально гниют на глазах, колются в одно и то же место, все, как один, худощавого телосложения и с темными мешками под глазами. Поэтому если я вижу заключенного без руки – к гадалке не ходи, – он кололся или до сих пор колется. Некоторые торчки разучились вести умеренный ход жизни: они постоянно куда-то спешат, чуть ли не бегут. Другие зеки под мулькой регулярно находятся в прострации и не понимают, где находятся. По ночам они могут лунатить. У некоторых зеков от некачественной дури может возникнуть реакция в виде тошноты. Сначала их накрывает, затем - “вертолеты”, потом блюют. Причем блюют так громко, что иной раз просыпаешься от их звуков.
Мерзкое зрелище. Насмотревшись на них, не то что не хочется кайфа, даже легкого кайфа не хочется, настолько это омерзительно и противно.